24 мая 1921 (н. с.)
Кем-то из доброжелателей мне доставлена книга: Отчет Центр[ального] Управления Чрезвычайных Комиссий при Совнаркоме Украины за 1920 год. -- К 5-му Всеукр[аинскому] съезду Советов. Харьков. -- Типогр[афия] Цупревкома, 1921. Вверху проставлено: не подлежит оглашению.
Начинается этот отчет с того, что Чрезвыч[айным] Комиссиям на Укр[аине] пришлось приступить к организации своего аппарата в исключит[ельно] тяжелой обстановке.
"Деникинщина оставила после себя разгромленные профес[сиональные] союзы (разгром их довершен сов. властию) {Вставка В. Г. Короленко.}, обессиленные, впавшие в отчаяние рабочие массы. Коммунистич[еские] организации в деникинском подполье под давлением белого террора были почти совершенно парализованы. Социал-соглашательские партии, получившие при сод[ействии] белых генералов влияние над отсталыми массами трудящихся (!), использовали кратковременное господство белогвардейцев для усиления своей провокац[ионной] агитации против Сов[етской] власти и Ч.К. в частности. Поэтому чрезвыч[айным] органам необходимо было не только вести борьбу с сознательными врагами рабочей революции, но и рассеивать недоверчивое отношение к органам чрезвычайной репрессии со стороны широких трудящихся масс, явившееся в результате белогвардейской клеветы.
На лево- и правобережьи трудящиеся массы встречали Кр[асную] Армию, как избавительницу от белой реакции. Но их ненависть к ставленникам помещиков и капитала еще не облеклась в форму организованного крепкого аппарата Ч.К..."
Отчет и дает историю этой, постройки. Т. е. он сразу определяет причину ее неудачи. Только народ, стоящий на высокой ступени политической культуры, может приступить к производству социальной революции, т.е. самого трудного переворота, переворота в производстве. У нас до сих пор живы традиции великой Франц[узской] революции, происшедшей более ста лет назад. Т. е. мы подражаем французам на той их ступени, которая была сто лет назад. И мы все думаем, что французы сто лет назад были способны произвести социальную революцию. Огромное заблуждение. Они неспособны на это и теперь, т. е. они не видят еще способов для революции. Но у них есть уже приемы для переворота, и они понимают, что переворот в производстве может быть только переворотом. Или вернее, что социальная революция может быть только рядом переворотов. Мы решились приемами революции XVIII века во Франции произвести социальную революцию. Там был террор, и наши Пятаковы думают, что если бы у нас воздвигнуть гильотину, то дело сразу было бы выиграно. Террора у нас было слишком достаточно, но террор (как это, впрочем, было и во Франции) только повредил. "Ненависть рабочих к ставленникам помещиков и капитала не облеклась в форму организованного и крепкого аппарата Ч.К.". Сто лет культуры протекло недаром. Крепкий аппарат Ч. К. и теперь может внушать только презрение, как и прежние крепкие аппараты жандармской власти. И в этом видно, что и мы тоже приобщились до известной степени к политической культуре.
Свободное копирование
