В правозащитную деятельность устремилась новая категория людей. Защищать заключенных стали люди, никогда не сидевшие. Проблемами военнослужащих озаботились никогда не служившие. Свободой слова занялись те, кто и строчки не написал в самиздат. И добро, если б то были люди нового поколения. Просто не успевшие себя проявить в советские времена. Нет, многие из них моего возраста, а то и постарше.
Появились правозащитные организации, существующие на зарубежные гранты. Но обобщенный Запад сделал ставку на людей эластичных, удобных, склонных к сотрудничеству с властью. Конструктивному, как им представляется. Как и в «большой» политике, Запад сделал ставку на советскую номенклатуру, вчерашних коммунистов и комсомольцев, срочно превратившихся в демократов. Одна «горбомания» чего стоит! У западных грантодателей свои тараканы в голове. Они (грантодатели, не тараканы) часто пользуются схемами, не подкрепленными знанием истинного положения в стране. Какими-нибудь стереотипами наподобие курса реформ и демократизации в свое время. Всё не умещающееся в схемы отсекается. Естественно, грантополучатели склонны давать ту информацию, какую требуют схемы.
Мой отец, Ася Лащивер и я занялись выпуском сборника «Приговоры по политическим делам в СССР (50 — 80 гг.)». Выпустили самиздатским способом более десятка серий. Тратили свои деньги, принимали пожертвования, пользовались технической помощью заинтересованных лиц. Составили неплохую коллекцию приговоров и других документальных материалов бывших политзеков. Обратились за помощью в Фонд Макартуров. Нам отказали. Зато Фонд субсидировал в то же время издание словаря ненормативной лексики — матерный словарь. Разумеется, решение принимали российские сотрудники фонда. Всё те же люди…
Правозащитная деятельность стала для многих привлекательной. Прежнего риска нет. Сотрудники правозащитных организаций получают зарплату. Ездят в зарубежные командировки. О ком ни спросишь — или отправляется за границу, или еще не вернулся. Все едут защищать права человека в Страсбург, никто не едет в Магадан! Страсбург, конечно, приятный город. И собор там замечательный. Повидал, будучи туристом. Один собеседник мне говорит:
— Я никогда не езжу за границу на свои деньги.
— А я всегда езжу на собственные, — отвечаю.
В обоих способах есть свои достоинства.
Приносила такая деятельность многим и некоторую известность: форумы, конференции, упоминания в прессе, внимание телевидения. К тому же она усиливается официальным статусом многих подобных правозащитников. Пребыванием во всяческих советах и палатах при власти. Той самой, что и является источником нарушений прав человека. Иные правозащитные организации ухитряются, как ласковое теля, двух маток сосать. И зарубежные гранты получать, и субсидии от своего государства.
Постепенно личная инициатива вытиснилась корпоративными интересами правозащитных организаций. С их техническими, финансовыми, медийными ресурсами. Одновременно девальвировалось само понятие правозащитной деятельности. «Правозащитник» стало столь же сомнительным обозначением, как и несколько ранее «демократ».
Я не против правозащитных организаций. Пусть цветут сто цветов! Тем более что наверняка существуют и добросовестные правозащитные организации. Чем добросовестней, тем менее известны. Но стараниями фиктивных и неэффективных правозащитников сама идея защиты прав человека оказалась на периферии общественного сознания. В глазах публики правозащитная сфера видится декоративным привеском режима.
Да, можно действовать и в одиночку. Но без общественного внимания к проблеме, без публичного резонанса многого не добьешься. А с чего бы у публики имелся интерес? Ведь до смешного доходит. Никогда не сидевшая журналистка представляется в своей газете как «эксперт по зонам».
Подлинный интерес к прошлому, практике диссидентов, их опыту тоже отсутствует. Проводит именитый московский центр мероприятие. Публичное обсуждение темы: советские диссиденты и современная оппозиция, связь поколений. Заметим, не было советских диссидентов, были антисоветские. Но главное, среди заявленных докладчиков ни одного диссидента в прошлом, ни одного бывшего политзаключенного. Их и не пригласили! За всем происходящим так и сквозит настроение: чтобы вы скорее померли, а мы тогда спокойно напишем о вас диссертации. Другой известный московский правозащитный центр проводит конференцию на тему самиздата. Среди выступающих ученых мужей (и дам) ни одного автора самиздата, ни одного редактора самиздата.
Свободное копирование
