Не знаю, отвечает ли сложившееся у меня мнение действительности, но во всяком случае мне казалось, что Паннвиц убедился в том, что для завоевания большего авторитета ему следует жениться, обзавестись семьей. Он женился, у него появились дети, но семья, видимо, мало интересовала гестаповца. Как я уже упоминал, в силу сложившихся обстоятельств я познакомился с женой и маленькими детьми Хейнца Паннвица. Они жили у его родителей в Магдебурге, и мне казалось, что отец и мать относятся к их невестке и внучатам очень доброжелательно.
Обратив на себя внимание во время службы в гестапо со стороны начальства, он добился того, что его приблизил к себе один из ведущих руководителей гестапо Р. Гейдрих. В самое тяжелое время, создавшееся в оккупированной Чехословакии, характеризуемое и повышением роста ненависти к оккупантам, и активизацией движения Сопротивления, в сентябре 1941 г. в протекторате было объявлено гитлеровцами чрезвычайное положение. Уже 28 сентября 1941 г. исполняющим обязанности протектора на оккупированных территориях Чехии и Моравии был назначен видный гестаповец, отличавшийся своим зверством, – Гейдрих.
В конце мая 1942 г. было совершено покушение чешских патриотов на жизнь зверски зарекомендовавшего Гейдриха. В июне он умирает от полученных ран. Убийство Гейдриха ускорило восхождение Паннвица по служебной лестнице. Сразу же после покушения на Гейдриха Паннвиц, хотя ему был только 31 год, становится криминальным комиссаром и руководителем особой комиссии по расследованию подготовки акции чешских патриотов. Его кабинет был расположен в здании Пражского управления гестапо – «Печкарне». Он подчинялся непосредственно его шефу Гешке и имел к нему доступ в любое время.
Предательство бывшего чешского солдата Чурда (думаю, что фамилию сумел сохранить в памяти), ставшего парашютистом и заброшенного на самолете в Чехословакию прямо из Лондона, его показания, данные добровольно в гестапо, и дальнейшее «сотрудничество» основательно помогли Паннвицу в его деятельности.
Паннвицу удалось установить, что основные участники покушения на Гейдриха скрываются в хорошо известном во всем мире храме Карла Боромейского, ставшем позднее католической церковью, нареченной именем святых Кирилла и Мефодия. Осадой этого собора руководил криминальный комиссар, штурмфюрер СС Хейнц Паннвиц. Операция по его осаде, с его слов, была весьма удачной. По совокупности всей работы деятельность руководителя по расследованию всего связанного с покушением на Р. Гейдриха была «достойно оценена». Паннвиц стал, несмотря на свой возраст, быстро продвигаться вперед. Он был удостоен звания криминального советника – гауптштурмфюрера СС. Его даже наградили гитлеровским железным крестом.
Паннвиц сам обо всем этом вскоре после бегства Отто счел возможным мне рассказать. При этом показывал мне фотографии, на которых был запечатлен в строю с другими головорезами СС при получении наград. Он очень любил похвастаться высоким доверием и самого Гиммлера, и шефа IV управления – начальника гестапо группенфюрера СС и генерал-лейтенанта полиции Генриха Мюллера.
«Талант» Хейнца Паннвица был оценен еще и тем, что его после непродолжительного времени нахождения в Берлине в IV управлении перевели в Париж, назначив начальником зондеркоманды «Красная капелла» вместо ушедшего в отставку по болезни Карла Гиринга. Он был подчинен непосредственно Берлину. Мне точно трудно сказать, кому именно. По его словам, подчинение это было PCXА. Мечта Паннвица сбылась. Криминальный советник – высшее звание в оперативной службе СД, а перевод в Париж тоже означал многое. Не следует забывать тот факт, что деятельностью зондеркоманды «Красная капелла» интересовались все, в том числе Гиммлер, Мюллер, Панцингер, Копков, а также Канарис, Шелленберг, Риббентроп и даже сам Гитлер. Это, конечно, не мое суждение. В свое время пришлось слышать, а уже значительно позже извлекать сведения из прочитанной исторической литературы, посвященной «Красной капелле».
Свободное копирование
