«Красная капелла» развивает деятельность. Бегство Леопольда Треппера из гестапо – один из фактов,содействующих вербовке начальника зондеркоманды Ханца Паннвица.
Я старался более внимательно следить за тем, что происходит на Восточном фронте. Это, однако, мне тоже удавалось в малой степени, так как радио, естественно, у меня в камере не было, а возможности следить за прессой я был почти полностью лишен. Однако иногда мне удавалось улавливать некоторые фразы из разговоров между сотрудниками зондеркоманды, а в еще большей степени между теми, кто нас «обслуживал» на вилле Бемельбурга. Я мог понять, что события, происходящие на этом фронте, вызывают у немцев определенную тревогу.
Да, и мое положение было тревожным. Я переживал не только за себя лично, но и за всех остальных, оставшихся на свободе. Мои переживания усилились после того, как совершенно неожиданно в начале сентября 1943 г. меня перестали вызывать на улицу Соссэ. Я пришел к заключению, что мои волнения были обоснованными.
Я продолжал находиться в своей камере в Нейи. Правда, отношение ко мне мало в чем изменилось. Меня выводили на прогулку в сад, оставляли в камере, режим был тот же. Волнения мои продолжались. Внезапно ко мне в камеру вошел Бемельбург и поинтересовался здоровьем и моим настроением. Мне показалось, что криминальный советник немного выпил, от него пахло алкоголем. Он поинтересовался моим мнением о ходе военных действий. Он подчеркнул, что за положение во Франции он не волнуется, так как в Париже и во всей Франции даже после ее полной оккупации оно не вызывает особой тревоги. Движение Сопротивления не является, по его мнению, серьезной опасностью. Это тем более, что не исключена возможность, что США и в особенности Великобритания> могут согласиться на компромисс и заключение мирного договора с Германией. Признаюсь, это был первый случай, когда об этом заговорил со мной гестаповец.
Продолжая разговор, Бемельбург поинтересовался, давно ли я видел Леопольда Треппера, не встречался ли я во время прогулок в саду или при вызове на улицу Соссэ с Леопольдом Трсппером? Я понял, что Отто тоже содержится в этой же тюрьме. Утверждая, что я его уже больше года не видел, что в тот единственный раз, когда Отто проходил мимо решетки моей комнаты, он даже старался не смотреть в мою сторону. Не боясь высказать правду, я подчеркнул, что Отто и не захотел бы со мной встретиться, так как на следствии в гестапо он меня пытался оговорить.
На этом наш разговор с Бемельбургом закончился, и только несколько позднее у меня сложилось мнение, что после того как мне казалось, что я никогда больше не увижу этого криминального советника, его посещение моей камеры и беседа были не случайными. Видимо, он по собственной инициативе, а быть может, и по просьбе Паннвица решил прощупать, знаю ли я что-либо о том, где сейчас находится Отто.
Свободное копирование
