Итак, я уже в Марселе, побывал на вокзале Сен-Шарль, проехали по небольшой улочке, а затем направились прямо на квартиру Жюля Жаспара. Я не мог тогда подумать, что одно из зданий, находящихся на этой небольшой улочке, сыграет значительную роль в моей дальнейшей судьбе.
Жюль Жаспар уже вернулся к этому времени в Марсель из Ниццы, где он пару дней, встречая Новый год, провел у своей дочери. Вскоре вернулась и его жена.
Мне повезло на этот раз, так как во время моего задержания на демаркационной линии французским комиссаром Жаспар уже был в Марселе, что дало возможность, как я уже указывал, связаться с ним по телефону.
Я, конечно, не хотел обременять пожилых людей, а ведь и Жюль, и его жена были уже в солидном возрасте. Поэтому мы решили разместиться в гостинице. Нам это удалось очень хорошо. Я только задумался, как нам следует поступить. Можем ли мы снять один апартамент или два разных номера? Безусловно, мы могли бы очень удобно и хорошо разместиться в одном апартаменте, но... Волнения меня не покидали, а поэтому я решил сиять два номера. В одном из них должен был поселиться Винсенте Сьерра, а во втором – не зависящая от него, но «знакомая» его Маргарет с сыном. Мне казалось, что это связано с предосторожностью на тот случай, если со мной что-либо произойдет.
После короткого обмена мнениями по разным вопросам Маргарет уложила Рене спать, и мы продолжили уже не особенно приятный разговор. Я услышал от Маргарет о её переходе через демаркационную линию и о прибытии в Марсель.
Маргарет и Рене покинули Париж и подошли к условленному месту перехода, чтобы пересечь его затемно. Задача была не из легких, так как было холодно, температура держалась порядка 13 градусов. Покинуть поезд пришлось, не доезжая до места перехода. Им пришлось пешком добираться до линии около 10 часов. Они слышали лай собак и полагали, что это их преследуют полицейские собаки, что, естественно, вызывало у Маргарет тревогу. В маленькой деревушке их уже ждали в небольшом доме, где они провели ночь. На следующий день рано утром небольшая грузовая крытая машина, служившая для доставки хлеба, довезла их до небольшой станции, где их ждал другой проводник, и, используя разные возможности, зигзагообразно передвигаясь, доставила их в Марсель, как уже спокойно говорила Маргарет. И вновь, явно нервничая, она поведала, что в результате длительного хождения и низкой температуры они очень замерзли. Она буквально не могла больше идти и предполагала, что у нее отморожены ноги. Ей было трудно говорить. Она очень переживала за Рене. Пришлось сдерживаться и почти ни с кем не разговаривать, так как она чувствовала, что ей надо тщательно скрывать, что она иностранка из нефранкоязычной страны. Маргарет подчеркивала, что это было особенно необходимо тогда, когда ей казалось, что французская полиция их выслеживает.
Свободное копирование
