Неожиданно для меня в Париж из неоккупированной зоны Франции, а точнее, из Марселя прибыла Марго (точной ее фамилии сейчас уже не помню). Она официально числилась секретаршей в марсельском филиале «Симекс», а фактически выполняла обязанности связистки парижской резидентуры. Ее я увидел только через несколько дней.
Прошло дня три, и мне удалось вместе с Андре встретить на вокзале Маргарет с Рене. Уже по пути в гостиницу она коротко рассказала о том, какой путь им пришлось проделать, чтобы прибыть в Париж. Действительно, их сопровождала Мальвина, которая предупредила Маргарет еще до отбытия из Брюсселя, чтобы она и Рене были одеты во все темное, дабы не бросаться в глаза. Двигаться пришлось медленно до границы, где их ждал мужчина, в обязанность которого входило провести их незамеченными через границу. Они сели в крытую часть лодки и благополучно переправились во Францию. Счастье улыбнулось, как утверждает Блондинка, им в этот день, так как, когда они прибыли на станцию, уже на территорию Франции, в пограничной зоне им не пришлось подвергаться паспортному контролю, и они совершенно благополучно сели в поезд, следовавший в направлении Парижа. Мы их уже ждали и даже накануне встречали, правда, безрезультатно. На этот раз нам повезло, и мы с Андре правильно выбрали именно то место, где должен был остановиться вагон, в котором согласно нашей предварительной договоренности с Маргарет они должны были разместиться. Встреча была теплой, хотя, как мне потом сказала Маргарет, я был в нервном состоянии.
Мы разместили Маргарет и сына в одной из небольших гостиниц, администрацию которой оба хорошо знали. Одно время я в этой гостинице постоянно снимал номер.
Конечно, оставаться долго в Париже не было смысла. Мы приняли решение, что, немного ознакомившись с городом, они выедут в Марсель. Рене должен был подготовить их организованную переправу через демаркационную линию между оккупированной и неоккупированной зонами Франции. Я постарался показать им хотя бы немного город, славившийся красотой.
По прошествии нескольких дней с помощью Рене Маргарет с сыном были переправлены через демаркационную линию.
Как потом оказалось, Марго прибыла в Париж уже после того, как Маргарет прибыла в Марсель. Это я узнал только при нашей первой встрече в Париже. По непонятным причинам Отто этот факт не уточнил в беседе со мной, когда извещал о прибытии в Париж Марго. Кстати, он очень любил потом рассказывать Маргарет, что во время ее и Репе пребывания в Париже именно он проявлял максимальную заботу о них и, больше того, их переезд в Марсель тоже организовал только он.
С Марго я встретился впервые, прежде о ней ничего не знал. Меня она, конечно, очень обрадовала, сообщив, что Маргарет с Рене прошли без всяких затруднений в неоккупироваипую зону. Пока их приютил чех, к которому они попали по рекомендации проводника. Жаспар с женой поехали на несколько дней в Ниццу. Волноваться не следует, семья чеха вполне надежна. Она подчеркнула, что меня с большим нетерпением ждут в Марселе. Ждут там и дальнейших указаний.
Не знаю, имел ли Отто до моей встречи с Марго разговор обо мне. Когда же при моей встрече с Марго к нам присоединился Леопольд Треппер, разговор уже зашел о нашей марсельской группе. Марго высказала мнение, что в Марселе можно было бы проводить интересную работу, полезную для нашей разведки. В этом крупном городе неоккупированной зоны имеется много весьма ценных людей не только из числа эмигрантов разных стран, но и французов. Пока же в Марселе некому работать, так как нет подходящего организатора. Контора, возглавляемая Жаспаром, может служить в основном только «крышей», и то требует определенной деловой помощи. Конечно, она сможет служить для моей легализации и, возможно, даже для налаживания для меня полезных связей.
В то же время Марго отметила, что сейчас в неоккупированной зоне положение довольно спокойное. Она сказала, что мне, как Винсенте Сьерра, уругвайскому «сапогу», будет совершенно безопасно проживать в Марселе.
Случайное ли, или заранее подготовленное высказывание Марго совместно с Отто, очень его обрадовало, и он тоже «порекомендовал» мне переехать в Марсель и спокойно жить там и работать. Больше того, он подчеркнул, что меня это должно также устраивать еще и потому, что со мной будет Маргарет Барча с Рене. Последнее меня не только удивило, но, я бы даже сказал, обидело. Неужели Отто думает, что Маргарет находится уже продолжительное время со мной потому, что является моей любовницей?
Мое проживание в Марселе, думаю, устраивало его не столько потому, что он хотел организовать новую резидентуру, понимая, что, появившись внезапно в Марселе, не имея ни одного знакомого, я, скорее всего не смогу наладить там успешную разведывательную работу. Что же могло его еще интересовать? У меня внезапно появилась мысль: не хочет ли он, чтобы я взял под свой контроль доходы филиала, с тем, чтобы они аккуратно передавались ему в Париж? Он же отлично понимал, что со стороны Жаспара я не могу ожидать никакой помощи в развитии нашей разведывательной работы, он ведь действительно к этому не только не имел никакого отношения, но и, по моему мнению, не мог даже предполагать, для чего нам нужна фирма.
Марго до этого времени выполняла обязанности только секретаря филиала и деловой «связистки» между «крышами» в Париже и Марселе. В декабре 1941 г., то есть вскоре после провала в Бельгии, во время моего пребывания в Париже перед отъездом в Марсель он сообщил о том, что уже послал в «Центр» радиограмму об имевшем место провале. Он не знал, что я успел еще до моего отъезда из Брюсселя зашифровать и передать Профессору радиограмму в «Центр» по этому вопросу. Я не мог быть уверенным, получил ли «Центр» своевременно мое сообщение и сообщение Отто. Только прочитав «прим. ред.» к книге Леопольда Треппера «Большая игра», я узнал, что и на этот раз Отто вводил меня в заблуждение, утверждая, что о провале в Бельгии он уже успел доложить «Центру». В указанном примечании прямо говорится: «Л. Треппер доложил о провале радиоквартиры в Брюсселе 1 февраля 1942 года» (с. 145). О получении «Центром» моего сообщения, направленного через Профессора, я никакого подтверждения не получил.
Я верил в то, что «Центр», зная о провале в Бельгии, об аресте принадлежащих к резидентуре лиц, а в особенности Хемница, владевшего нашим шифровальным кодом, примет все необходимые меры для предотвращения окончательного провала. К сожалению, как покажет время, я очень ошибался.
Свободное копирование
