Совершенно не помню момента ухода Вадима Васильевича и, сопутствующих такому случаю, торжественно-прощальных мероприятий. Подозреваю, что я опять оказался в госпитале. Выйдя на работу, встретил старого знакомого и соратника по нукусскому строительству Евстафьева И.Б. В течение 3-х, с лишнем, лет, мы часто общались на этой почве, ездили вместе в командировки в Нукус. Часто встречались, на различного рода, совещаниях. Отношения у нас были абсолютно нормальные, звали мы друг друга при личном общении по именам. Я не чувствовал с его стороны и тени неприязни из-за разности служебных положений.
Моя человеческая доверчивость и доброжелательность к людям часто подводила меня, но я ничего не мог с собою сделать. Встретил я его в коридоре при входе в Центр, подошёл поздороваться, спросил:
- Опять по полигонным делам к нам, я готов включиться в меру своей компетентности, я ведь теперь только с проектировщиками работаю. Всё остальноё распределено по отделам.
- Да нет, я теперь не в командировку, а навсегда, назначен на место Смирницкого, начальником Центра.
- Тогда поздравляю троекратно, генеральская должность, самостоятельная работа и наконец, Москва!
- Большое спасибо за поздравление, но сейчас извини, я пригласил людей для разговора, ещё успеем поговорить, кстати, и по твоему направлению тоже. Что-то проектировщики опять по тебе соскучились. Кстати, как со здоровьем?
- Спасибо, всё нормально. Это Нукус меня немного придавил, а так всё в порядке.
На этом наша короткая встреча на ходу кончилась. А потом началось по прогнозу Смирницкого.
Уже где-то весной, наверное, в средине марта, я шёл по вызову к Малькевичу. В коридоре меня перехватил Красота (зам. Пикалова по науке):
- Кареев, зайдите ко мне на минуту, я Вас не задержу.
Заходим к нему в кабинет, около которого мы и встретились. Стоим, друг против друга, я молчу, он тоже. Ситуация дурацкая, чувствую, что он хочет о чём-то меня спросить, но не решается. Молчание становится не выносимым, иду ему на выручку:
- Павел Ефимович, а вы знаете, моя жена познакомилась с вашей, и совершенно случайно.
- Это, каким же образом?
Чувствую, что он расслабился и начинает выходить из ступора.
- Моя жена страдает от гипертонии, и ходит в 68 городскую больницу к одному врачу на специальные уколы, где встретила другого врача, женщину, работающую там же. Ну, а Вы знаете, что две женщины всегда найдут, о чём поговорить. И договорились до того, что выяснили, что их мужья работают в одном Управлении, у одного начальника.
- Интересно, я ничего об этом не знаю, но спрошу. Впрочем, я хотел у Вас спросить, по всему Управлению ходят слухи, что Вы родственник Смирницкого, это правда?
- Нет, конечно, это чистой воды бред, но он кому-то нужен. Вадим Васильевич, перед своим увольнением, предупреждал меня, что после его ухода возьмутся за меня, он тоже об этом слышал и предупредил меня о последствиях. Ваш вопрос это, наверное, первая ласточка?
- Не говорите глупостей, к вам это никакого отношения не имеет, если бы это было и правдой. Я Вам верю. Вы шли к Малькевичу? Идите, а то он начнёт Вас разыскивать. И о нашем разговоре, пожалуйста, никому!
- Не беспокойтесь, Павел Ефимович, я не шиханец, я совсем другой породы!
- Я советую не афишировать Ваше мнение о шиханцах, они Вам этого не простят!
- Я не испытываю никаких иллюзий в этом смысле, там более, что ходит еще, более омерзительный слух, что я якобы являюсь автором анонимки на начальника 1-го отдела с целью занять его должность. Так, что коллективный интеллект нашего Центра резко пошёл на убыль. А ведь Вы, Павел Ефимович являетесь куратором этого коллектива по науке. Не допускайте шиханских традиций ни в Управление, ни в Центр. Мне осталось не долго, всего три месяца. Я думаю, Юрий Станиславович позволит мне дослужить до 30 календарных.
- Я тоже так думаю, и лично против Вас ничего не имею, там более, что по Нукусу Вы проделали огромную работу. Идите! Малькевич Вас заждался, можете сослаться на меня. Желаю успехов.
Свободное копирование
