авторов

860
 

событий

123647
Регистрация Забыли пароль?
Мемуарист » Авторы » lesch45 » Из воспоминаний учителя Судакова 2

Из воспоминаний учителя Судакова 2

23.02.1985
Луганск, Луганская, СССР
А она еще рюмочку выпила, прослезилась и говорит: "А еще я Чакиной хрустальную вазу подарила, которая мне от бабушки досталась, чтоб нагрузку хорошую дала мне". Но кульминацией моей деятельности в должности завуча стала очередная анонимка, подписанная лучшими учителями школы. То, что подписи мог только Кузякин подделать никто не сомневался, но там были сведения о приказах приема на работу "мертвых душ" т.е. числящихся, получающих зарплату, но не работающих: техничек, плотников, сторожей, электриков и т.д. и вот тут то подозрение упало на меня так как я имел доступ к приказам, Мунина тут же начала распускать сплетни по городу, хотя она имела точно такую же возможность.
      
       Как то во время очередного школьного вечера мужчины учителя, как обычно дежурили в вестибюле, сторож, который был чуть под хмельком, разоткровенничался со мной: "Пусть попробуют выгнать меня, тогда им несдобровать". И он рассказал, что как-то во время обхода школы обнаружил в столе у секретаря кучу бракованных приказов, т.е. если секретарша во время печати допускала ошибку, она, недолго думая, заталкивала его в стол и печатала заново. Вот эту макулатуру он и прибрал к рукам на всякий случай. Но я не стал, ни перед кем оправдываться, считая это ниже своего достоинства. А сторожа, действительно, недели две назад уволили.
      
       В школе наступили черные дни, приходили какие-то серьезные люди и допрашивали учителей, чьи подписи стояли в злополучной анонимке, по школе ползли разные слухи, начались серии собраний, на которых, явно подготовленные люди, обрушивались на проклятых анонимщиков, правда, не называя конкретно, а только намекая. Говорили, что в школе невозможно стало работать. А тут еще меня на партбюро вызвали по просьбе Ивюньчиковой, она на меня жалобу подала за расписание, я ей поставил первые уроки первой смены и последние второй. Я пытался объяснить, что в инструкции написано о том, что заведующей библиотекой  нельзя ставить уроки с 9 утра до 5 вечера т.к. она должна находиться на своем рабочем месте. Но бесполезно, все дружно заявляли, что до меня таких жалоб не было. А тут еще история с тарификацией, составляя ведомость, я обнаружил, что у учителя труда Харькиной нет номера диплома. Вызвал я ее и говорю: "Принесите диплом, я должен номер записать".
      
      
А она говорит: "Какой диплом, у меня 7 классов образование". Ну, я и написал - неполное среднее. А когда она зарплату получила, чуть в обморок не упала, побежала в районо выяснять, а ей говорят, что все правильно, согласно образованию. В результате у меня образовалась стенокардия и участковый врач посоветовала уходить с должности завуча, если я жить хочу.
Ну, я написал заявление и к заврайоно пришел, говорю, что очередь на квартиру подходит, дают в другом конце города, да и со здоровьем плохо, в итоге подписал он мне заявление.
      
      
Два учебных года моего завучества прошли как кошмарный сон, но не бесследно, осталась стенокардия, и горький осадок на долгие годы. В своих мыслях я постоянно возвращался к этому времени, без конца прокручивал в голове разные события этого периода и пытался анализировать, искать причины в себе и в окружающих. Иногда мне казалось, что может быть не всегда нужно быть честным, принципиальным и справедливым, может быть, иногда нужно покривить душой, сделать вид, что не заметил, т.е. быть таким как основная масса окружающих, не стараясь выделяться и подчеркивать, что я не такой как все. Но это в том случае, если ты трясешься за свою должность, и поставил цель продвигаться дальше или хотя бы закрепиться на этом месте.
      
       Я таких целей не преследовал и хотел оставаться самим собой. И все равно на сердце постоянно был осадок. В новой школе, куда меня перевели на должность учителя физики, встретили хорошо и дети и учителя. Но было одно пятнышко, завуч С.С. Кукова. Она раньше работала со мной в одной школе. 5 лет назад мы с ней вместе аттестовались. Школьная рабочая группа за выдающиеся заслуги в деле воспитания и обучения предложила наградить и меня и ее грамотами ОБЛОНО. Ей все вышестоящие инстанции утвердили награду, и торжественно вручили грамоту, а мне не дали. Но присвоили звание - "Учитель - методист". Что привело СС в бешенство, и с тех пор она стала моим смертельным врагом, постоянно доказывая, что я не заслужил такого звания, что я плохой учитель и классный руководитель. Потом она перешла на работу в горметодкабинет и оттуда ее направили завучем в школу. И вот с этим человеком мне предстояло работать.
      
       Все началось с того, что мне прекратили платить за звание, в районо мне объяснили, что прошло пять лет, а звание дается на пять лет, а потом переаттестация. Я пытался возразить, что у меня еще не было переаттестации, обращался в различные инстанции, но все было бесполезно. Тогда я написал в юридический отдел "Учительской газеты" о том, что прошу разъяснить мне создавшуюся ситуацию. Как в таких случаях и принято, мое письмо переправили в ОБЛОНО, откуда я получил очень умный ответ от заместителя зав ОБЛОНО Загребняка о  том, что я в этом году аттестуюсь.
      
      
Я, недолго думая, опять написал в "Учительскую газету" приложив этот ответ. Теперь ответ пришел от другого заместителя Иксандровой: "Зав районо дано указание восстановить звание!" Из районо пришло указание директору начать мою аттестацию, на что он совершенно резонно ответил, что не может, так как я только начал работать, попросил хотя бы годик подождать.
      
       А через год завертелось, начали на уроки ходить, опыт изучать. Наконец наступила аттестация. На собрании коллектива, конечно, все проголосовали за подтверждение звания. А вот на заседании школьной рабочей комиссии произошла заминка. Кукова начала выступать и еще подружку подговорила, короче 4 - за, и двое против. Кое-как утвердили решение собрания. Но предстояла еще районная комиссия, а директор как на грех заболел, и  представляла меня СС. А тут еще такой случай произошел. Учительница, проводившая урок в физ. кабинете на второй смене, не проверила кран. А кабинет как раз над кабинетом Куковой. Приходит она утром на работу, а у нее в кабинете дождик и ведомости плавают. Рассвирепела она и тут же приказ с подробным изложением всех событий настрочила и вывод: Учителю Пищук - выговор, сторожу - выговор, зав кабинетом Судакову - строгий выговор! А тут как назло санэпидстанция столовую закрыла, и пришел из областного профсоюза учителей представитель разбираться и случайно увидел этот приказ.
      
       Он долго смеялся, а потом попросил немедленно убрать, а Куковой за безграмотный приказ выговор влепили. Оказывается во-первых , для того чтобы выносить такие приказы нужно заключить трудовой договор, где четко указаны права и обязанности всех и он должен быть вывешен на видном месте, а во вторых я вообще не имел никакого отношения к этим событиям.
      
И вот на заседании районной комиссии СС понесло: "Никуда не годный учитель, склочник, кляузник, на районо грязь лил в "Учительскую газету", на школу в областной профсоюз, только и знает, что по судам ходит. То со своей аспирантурой месяц не работал, то по семинарам всесоюзным разъезжает,  а дети бедные страдают. Гонорары за статьи получает и вообще спорный вопрос, половина рабочей группы за, половина против / если судить по весу то она права, недаром ученики прозвали ее "Вечно беременная"/. Короче говоря, не утвердила мне звание рабочая группа районо. Но тут пошли учителя, родители к зав. районо и отменил он решение, но с условием, переаттестовать.
Мне, конечно, никто не сообщил о решении зав районо, т.к. директор, получив указание переаттестовать, спрятал его в стол да и забыл про него. Естественно полагая, что аттестация прошла нормально, никаких нарушений не было, и принял эту бумажку за какую-то ошибку.
      
      
И вот в один далеко не прекрасный день, т.к. моей пятнадцатилетней дочери в 9 утра начали делать операцию на сердце, заявились в школу два инспектора районо и вместе с С.С.Куковой подошли ко мне: "Мы сегодня будем у вас на уроках в связи с переаттестацией". И выбрали же день гады! Я очень спокойно ответил, что ни о какой переаттестации не знаю, что если они считают нужным лишить звания то - пожалуйста, никакой переаттестации я не допущу и послал их подальше. Прозвенел звонок и я пошел на урок, зайдя в класс, я прошел к своему стулу, сел на него и уставился в одну точку на полу, так прошел весь урок. В классе стояла тишина, что делали ученики, я не знаю, но чувствовал их огромную энергетическую поддержку. С тех пор прошло много лет, и я с огромным опозданием говорю: "Спасибо вам ребята!" В трудные минуты жизни вы всегда были моей опорой. Я смутно помню, что было дальше, в два часа я уже был в больнице, жена сидела там с утра, в пять закончилась операция, дочь увезли в реанимацию, где она пробыла четыре дня. Как сейчас я помню эту картину: бледная и худенькая, выходила она из палаты с какой-то коробочкой с проводами на груди, меня еще кольнула в тот момент мысль: "Неужели она будет все время с этой коробочкой?"
      
       Но все обошлось благополучно, коробочку через неделю сняли. На работе даже СС спросила как состояние дочери. Но районо не успокоилось, для лишения звания им нужны были факты. И вот такой момент наступил. Раз в месяц я давал открытый урок для учителей физики района. В этот раз пришли двое, которых я видел в первый раз, одна, вообще приехала откуда-то и только начала работать, другой перешел из соседнего района, была естественно СС, и еще трое учителей нашей школы. Тема урока была "Свойства радиоволн". Начался урок с голоса Левитана, было много опытов, демонстрирующих свойства радиоволн.
      
       Потом как обычно был разбор урока. Первой взяла слово новенькая и разбила его в пух и прах: " Учитель совершено не знает принципов построения урока, не было четко поставленной цели, не было опроса, не было закрепления, не было домашнего задания". Потом взяла слово Пищук: "Весь урок какие-то фокусы показывал, для учителя-методиста это несерьезно". Кукова, еле сдерживая торжество, выскочила с обсуждения, очевидно, побежала докладывать зав районо. Слово взял второй гость. "Я потрясен, хоть я и физик, но впервые ощутил физически существование радиоволн, почувствовал торжество человеческого разума, гордость за отечественную науку. Я думаю, не всегда надо следовать строго предписываемым этапам урока.
      
       Если бы все этапы урока присутствовали, получилась бы каша". Молодая учительница литературы Гумина сказала, что она не очень знает физику, но она видела горящие глаза детей и вместе с ними ощутила радость познания. Двое последних имели много неприятностей за то, что посмели не выполнить указания - раскритиковать урок. Я вспомнил аналогичный случай,  произошедший несколько лет назад. Молодого директора школы сняли с работы, за то, что не умел лизать некоторые части тела начальству и отправили работать учителем физики в другую школу. Меня как руководителя районного метод объединения учителей физики послали к нему на урок и потребовали, чтобы я дал отрицательную справку. Я посетил урок, посмотрел кабинет, сделал несколько серьезных замечаний, но справку написал хорошую.
      
       И получил нагоняй за непринципиальность.
А у нас в школе произошло ЧП: учительница Ослокоз украла в библиотеке книжку и была поймана библиотекарем с поличным. Она уже собралась писать заявление, но не тут-то было. Куковой нужны были сторонники, т.к. она чувствовала, что в коллективе зреет недовольство ею. Она решила сделать добрый поступок, разнюхала где-то, что если провести собрание, то можно голосованием решить вопрос: оправдать или не оправдать. И, естественно, провела обработку своих кадров.
      
       На собрании первой дали слово виновнице. Она расплакалась и сказала, что сделала это машинально, не думая красть.
Потом выступила СС: "Мы не об этом должны говорить, а о той позорной зарплате, которая не позволяет учителю купить книжку. Почему мы не говорим о директоре, который доски, предназначенные для ремонта школы, увез к себе на дачу и на уроки пьяным приходит, о завхозе у которого веника для класса не допросишься, потому что все ворует, об учителе труда, который детей бьет и они его бьют". Короче говоря, проголосовали с перевесом в один голос за прощение.
      
      
А тут новшество опять ввели, учителей по сортам делить: просто специалист, 2 категория, 1 категория и высшая категория, и соответствующая разница в зарплате. И тут произошло чудо, за присвоение мне высшей категории даже Кукова голосовала. Очевидно, сказалось награждение меня почетным дипломом на 1 республиканском методическом фестивале учителей физики в Полтаве. А может быть была уверена, что вышестоящие организации не утвердят.
      
Но мне утвердили высшую категорию, что вынудило Кукову продолжить борьбу против меня. Решила она прийти ко мне на политзанятие.
Тема была, не помню, какой - то пленум, а я перед этим прочитал интересную книжку о социальных потребностях, и захотелось мне поделиться впечатлениями. Ну и задал я вопрос: "Какие у человека существуют потребности?" Учителя перечислили общеизвестные, а я говорю, что, оказывается, существуют еще социальные потребности и привел пример из этой книги, о том, что даже в стае обезьян проявляются зачатки этих потребностей, они выражаются иногда в стремлении самок главенствовать в стае. Не знаю, может СС подумала, что я на нее намекаю, но она просто взорвалась, вскочила с места, прервала меня: "Что вы тут за ересь несете, скажите честно, что не подготовились к политзанятиям. Короче говоря, я отменяю политзанятие, так как пропагандист не подготовился".
      
       А после политзанятия как раз должно было состояться открытое партийное собрание. На котором, она и выступила: "Я считаю, что пропагандист Судаков не соответствует этому поручению и предлагаю утвердить другую кандидатуру". Тогда выступил парторг Курсин: "Во-первых, пропагандиста утверждает райком партии, во-вторых, вчера на районном семинаре пропагандистов Судакова назвали лучшим пропагандистом района, наградили грамотой и ценным подарком, в третьих нам еще раз указали, что политзанятия в школах это не политинформации, учителя грамотные люди, сами могут прочитать газеты.
      
       Необходимо на занятиях поднимать психологические, педагогические и социальные проблемы, что Судаков и делает». Потом выступила молодая математичка Плотникова: "Я постоянно хожу на политзанятия и мне интересно, они очень разнообразные, то деловые игры проводятся, то диспуты, а когда Кукова была, то постоянно было одно и то же: нам раздавали темы, мы переписывали длинные и скучные статьи из журнала "Полит самообразование", а потом зачитывали их. Я считаю, что она не имела никакого права прекращать занятие". Потом выступила учитель биологии и председатель профкома Донова: "До каких пор СС будет придираться, и преследовать творчески работающего учителя, да и не только его".
      
       Короче, досталось Куковой, и она решила реабилитировать себя, объявила, что дает открытый урок. На урок даже из районо пришли. На учительском столе стояла ваза с живыми цветами, из магнитофона лилась тихая, приятная музыка, на классной доске висел большой портрет А.С.Пушкина. Кукова была в нарядном красном платье. Что произошло дальше,  удалось восстановить только с помощью очевидцев, и тех с кем она успела поделиться. Во время урока она вдруг начала ходить туда, сюда, потом села на свой стул, раскачиваясь вперед и назад, потом опять стала ходить и вдруг пулей выскочила из класса.
      
       А надо сказать, что в школе не было туалета для учителей, поэтому им приходилось ходить в общий с детьми. Она подбежала к туалету и принялась дергать дверь, но бесполезно. Именно в это время, как обычно, тетя Паша делала уборку, а потом закрывала, чтобы высохло, и шла пить чай в свою подсобку. И СС приняла единственно верное решение, выскочила из школы и побежала к рынку, который был расположен поблизости и там был туалет.
      
       Правда, он был в подвале, там никогда не было света, и стояла вода на полу, но выбора не было. Вышла она оттуда с ног до головы мокрая и в грязи, и просидела на ступеньках до вечера, а потом пошла пешком по задворкам домой, где-то всего пять, шесть автобусных остановок... На другой день на работу она не вышла, а через три дня позвонил в школу муж и сообщил, что ее увезли в психбольницу. Но хоть здесь ей повезло, она оказалась в одной палате со старыми друзьями: Копецкой, Муниной, Нуповой. Это была веселая компания, Копецкая воображала себя порнозвездой: залезала на стул и начинала раздеваться, Мунина садилась на кровать просовывала ноги сквозь прутья спинки, бралась за нее руками и фырчала: фррр... представляя поездку на машине. Нупова любила изображать собаку, становилась на четвереньки, подкрадывалась к одной из подруг, рычала и кусала за икры самым настоящим образом, вызывая крик и рев. Кукова предлагала кому-нибудь сесть на пол, садилась на колени подруги, делала свое дело и дергала за волосы, как за ручку унитаза. Это была веселая компания.


 

Опубликовано 08.08.2019 в 11:15
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2020, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Юридическая информация
Условия размещения рекламы
Поделиться: