Чернышевский. Дневник - 467

 Писано 14 марта в 9 час. утра.

 Четверг, 12 марта. Я вложил письмо No 1 {Ваши отношения ко мне, ваши мысли обо мне, о моих чувствах неопределенны. Эта неопределенность мучит меня. Я решительно затосковал. Ждать до воскресенья -- нестерпимо. Да и что будет в воскресенье! снова не удастся мне сказать с вами ни одного слова. Я прошу у вас позволения быть ныне у Анны Кирилловны. Это тем более необходимо, что во вторник я спрашивал А. К., а не вас, -- это ей, конечно, сказали, -- и между тем не был у нее. Это неловко. Если вы не пришлете до 5 часов мне с Венедиктом приказания не быть, в 6 часов буду у А. К. Чтоб хоть на минуту видеть вас, чтоб сказать с вами хоть одно слово. До сих пор я не мог достичь даже того, чтоб вы считали меня человеком честным. Нет, это невыносимо.

 12 марта [1853 г.] (писано в 1/г XII и отдано Венедикту).} под бумагу, которою обернул "Историю русской поэзии" Милюкова и отдал ее Венедикту. После этого я был спокоен. Но дожидался с трепетом, что будет. Не придет ли Венедикт? Нет. Наконец, 6 часов. Я готов. Но со мною едет Сережа. Я не хочу, чтобы он знал. Я еду к Палимпсестову, у которого хотел быть вечером после О. С. Его еще нет дома. Прекрасно. Посылаю за извозчиком. Еду. Вхожу. Она сидит в зале. "Так вы здесь? Я думала, что вы не будете". Я был рад своей смелости, я со смехом уверял ее в своей любви, просил верить мне. Наконец, -- не буду описывать всего в подробности потому, что мне некогда, я должен спешить работать, -- наконец, является разговор о Кольцове. Она хотела, чтобы я прочитал оттуда несколько стихов. Я не хотел, потому что читаю дурно, и не хотел, чтоб еще раз показаться ей смешным. Она показывает вид, что сердится. Наконец, я читаю "Бегство".-- Она смеется.-- "Вы читаете решительно как псалтырь".-- "Поэтому-то я и не хотел читать вам". Это был снова веселый эпизод. Но содержание разговора. "Неужели вы думаете, что я могу не сдержать своих обещаний?" и т: д. Уверял, что никого не люблю, кроме ее, и рассказывал о том, кто мне нравился (между прочим о той красавице в опере в бель-этаже и о жене Василия Петровича. "Мой друг женился, чувство дружбы говорило мне, чтоб я одобрил его выбор. Я напрягал свое воображение и достиг так до того, что его невеста мне стала нравиться". Сказал, что здесь ни одна девица мне не нравится, хоть есть хорошенькие, то я слишком разборчив. "Например Кобылина?" (потому что разговор был и о ее болезни) -- сказала она с улыбкою, так что видно, что по ее мнению она не хороша. Я постыдился за себя, как стыдился почти постоянно и раньше, и сказал, что она была бы хороша, если бы на ее лице не было глупенького выражения -- что и правда. Я уверял, что привязан к весьма немногим, и, между прочим, в Саратове ни к кому -- что и правда,-- что мне только люди милы за свои мнения и свои качества. "А в Петербурге, -- сказала она, -- вы не любите никого? Например, Введенского?" -- "Вовсе не думаю, чтобы отношения наши с ним были так коротки".-- "Может быть, с его женою были короче?" -- "Да, она подарила мне при отъезде сигарочницу. Подарила и сестра. Я ей отдал взамен сигарочницу Введенской, а ее сигарочницу отдал здесь одному из своих приятелей".-- "Хорошо ж бережете подарки. Так бы вы сделали и с моим?" -- "Нет, все, что я получил от вас, я берегу".-- "Например что же? Верно бахрому от мантильи?" -- "Да. Но одну вашу вещь я сжег".-- "Почему? Какую?" -- "Это какое-то вязание, которое дал мне Вас Дим.".-- "Почему это?" -- "Я не хотел возвратить его, не хотел и иметь".-- "А, потому что это было дани не вам".-- Когда о Кольцове она сказала, что подчеркивал ли я там что-нибудь, я сказал, -- я подчеркнул в "Последний поцелуй": "На полгода всего мы расстаться должны" -- и "как весна хороша! ты" -- но "невеста моя" не подчеркнул.-- "А другого ничего?" -- "Нет".-- "Почему же вы не подчеркнули -- невеста моя?" -- "Не хотел".-- "Почему?" -- "Так, не хотел".-- "Ин скромности, знаю".-- Она отыскала это и -- "Да подчеркните ж и это".-- "Нет, нельзя".-- "Подчеркните".-- И она взяла мою руку и провела ногтем моим по этим словам. Но я не хотел подчеркнуть и не подчеркнул.-- Это еще когда будет.-- Еще: "Вы довольно смелы" -- это при начале разговора.-- "Да, мне стоит только вздумать, что так должно сделать, и сделать для меня ничего не стоит".-- "Как, напр., вы начали разговор со мною".-- Конечно, это была шутка, и сказано это было шуточным тоном, так что нельзя было ошибиться. Но шутил я недолго. Теперь, напр., я припомнил, что через несколько дней я говорил, что, к сожалению, не могу жениться, но если бы мог, то сделал бы предложение. Еще, когда о Кольцове, она со смехом говорила: "Ну, читайте же: "Обойми, поцелуй, приласкай, еще раз поскорей поцелуй горячей".-- "Нет, это не нужно, и я этого не хочу".