Несмотря на все уверения "руководящей и направляющей силы советского общества", количество диссонансов, о которых я писал, постоянно росло. Или новых людей, рожденных нашей Революцией оказалось мало, (а откуда взять больше? - подумал я), или прав фон Нейман и царство праведников на земле построить невозможно. В таком случае Революция есть ни что иное, как своеобразная духовная проекция свершения христианского Судного дня (dies irae), после которого и появляется избавленный от греховности, свободный и счастливый Новый человек с истинной верой, равнозначной революционному сознанию. Так постепенно, мысленно всячески упираясь, я пришел к пониманию того, что Великое Непобедимое Учение по существу своему является не наукой, а верой. Грех перед Богом замещался грехом перед Революцией! И карался в интересах "истинных" корифеев во главе с вождем и учителем...
Когда вождь и учитель умирал, на его место приходил новый вождь и учитель, власть в стране от этого не менялась, идеал считался бессмертным, поскольку учение было провозглашено всесильным и единственно верным.
На экран телевизора во время передачи новостей или официальной хроники было больно и стыдно смотреть: разве шел в какое-нибудь сравнение Брежнев, скажем, с блестящим Жискаром д'Эстеном или другими мировыми лидерами? У главы государства постоянно отвисала челюсть, он еле двигался, а слова произносил так, как будто только-только научился говорить. Какой позор, думал я, во всем Союзе нельзя найти человека, достойного олицетворять великую страну, вторую сверхдержаву мира! Ю.В. Андропов, пришедший в 1982 году на смену Брежневу, выглядел не лучше и почти сразу слег в постель. Тут же стал ходить анекдот, что Брежнев работал на батарейках, а Юрий Владимирович может только от сети, дальше шнур не пускает. Через год с небольшим сменивший его К.У. Черненко выглядел еще хуже. Временами возникало впечатление, что он находится в какой-то прострации и теряет дар речи. Его приход к власти ознаменовался фейерверком анекдотов про чукчу...
Кирилл, ставший после гибели Алены близким нам с Ириной человеком, как-то заметил, что принятая в 1981 году одиннадцатая пятилетка будет пятилеткой "трех П" - пятилеткой пышных похорон. Его предсказание оказалось верным. Первым открыл скорбный и одновременно какой-то сюрреалистический путь в начале 1982 года М.А. Суслов. Телевидение скрупулезно шаг за шагом транслировало церемонию его похорон на Красной площади. Главный идеолог, награжденный золотой медалью имени Карла Маркса, даже в гробу лежал как солдат партии, вытянув руки по швам, а не смиренно скрестив их на груди. Через несколько месяцев скончался Брежнев. Старцы покидали кормило государственного корабля...
Свободное копирование
