Итак, в конце августа 1976 года я с Ириной и Аленкой вернулся в Москву. Первоначальный план трудоустройства (моя сестра Нонна заранее познакомила меня с директором завода, на котором работала, и тот предложил мне должность главного инженера) стал невозможным из-за несостоявшегося обмена, надо было "решать жилищный вопрос". Районный и городской военные комиссары сочувствовали, всё понимали, но быстро сделать ничего не обещали. Полезным лишь оказался совет обратиться для консультации в гражданскую инстанцию - Управление учета и распределения жилой площади исполкома Моссовета. И тут мне помог его величество случай.
Оказалось, что здесь чуть ли не половина должностей занята бывшими военными, отставными офицерами, в основном политработниками и строевыми командирами. Меня приняли, буквально, как родного и сразу же, узнав, что я инженер и к тому же знаком с вычислительной техникой, отвели к начальнику группы АСУ111 Михаилу Даниловичу Жирнову. Для меня первое впечатление о человеке обычно является решающим, для него, по-видимому, дело обстояло аналогичным образом. Я получил предложение как можно быстрее приступать к работе, а завтра явиться для окончательного решения к начальнику Управления. Касаясь моих жилищных дел Михаил Данилович заметил:
- Не беспокойтесь, поможем!
Через неделю я уже входил в красивый Меншиковский двухэтажный особняк XVIII века на углу тогдашних улиц Огарева и Герцена как постоянный, хотя и внештатный сотрудник. Условия работы были такими: первое время, то есть до получения квартиры я тружусь на общественных началах, сиречь бесплатно. Поскольку в моих правах есть место для возможности различного толкования (от трех месяцев до двух лет), то закон будет истолкован в мою пользу и жилье я получу с гарантией в течение полугода-года. Моей же обязанностью являлось введение в действие АСУ "КУРС", все акты о приемке которой в эксплуатацию были подписаны, а система, тем не менее, не работала. Причиной такого положения был органический организационный порок: и заказчик (Управление) и разработчик (НИИ) были подчинены одному и тому же хозяину, обязанному выполнять данный вышестоящий начальником план.
План давно уже стал идеолого-политическим символом, а не рабочим документом, не выполнить его было нельзя, кара была бы неизбежной: "Партбилет на стол, план есть закон!" План был даже не просто законом, а как бы законом природы, поскольку при социализме, в отличие от капиталистической анархии производства, впервые в истории возникла возможность истинного планирования на основе "научно-обоснованных норм".
Собственно, взаимозависимость "заказчик - подрядчик" при одном и том же "хозяине" была повсеместной и достигала своей вершины в ЦК, точнее, в его Политбюро. Именно такое положение дел в экономике, по-моему, и породило всеобщий неостановимый обман, начиная с "рапортомании", осбенно к революционным праздникам, и кончая искаженной государственной статистикой. Это явление задело даже такую, казалось бы защищенную, область, как Флот: акты о приемке кораблей стали подписываться при большом количестве недоделок. Что же говорить о гражданских ведомствах, где военной приемки ("военпредов") никогда и не существовало.
Свободное копирование
