Мне также представлялся достаточно демократичным механизм выдвижения кандидатов на выборах в различные органы власти, при которых в списках был только один кандидат. Механизм этот во многом компенсировал недостатки "выборов без выбора", его суть лучше пояснить на примере. Объявляются, скажем выборы народных заседателей. Из нашего политотдела по этому поводу я, как начальник отдела, получаю указание подобрать подходящую кандидатуру, например, беспартийную женщину. Я приглашаю секретаря парторганизации и председателя профбюро и втроем мы прикидываем, кого можно назвать. Выбираются, конечно, очень достойные кандидатуры: чтобы пользовались уважением, чтобы репутация была безупречной, чтобы были передовиками производства и активно занимались общественной работой. Так образуется первоначально список из нескольких фамилий. Далее начинался очень трудоемкий этап: надо было получить согласие возможного кандидата, не задев самолюбия других. В конце концов на общее собрание выносилась одна фамилия, и кандидатура выдвигалась официально, то есть передавалась в политотдел, а оттуда в райком партии. Случая, чтобы с кандидатурой не соглашались, я не знаю. О том, чтобы в кандидаты мог попасть человек недостойный, не могло быть и речи. Ведь мы все хорошо знали друг друга. Единственный грех наш состоял в том, что мы не выдвигали лучших, ведущих, сотрудников; они были необходимы для основной работы.
Такая же процедура имела место и при выборах в местные советы, но "поиск" кандидатов происходил уже в масштабе Вычислительного центра или Института, принцип же оставался прежним. В те годы верхом демократизма и в КПСС и в стране мне представлялась возможность занесения в списки для голосования хотя бы двух фамилий, тогда бы выиграл человек с лучшими моральными качествами, что и было самым главным, поскольку политических различий у кандидатов быть просто не могло. О том, что какая-нибудь политическая кампания могла бы проходить без партийного руководства, я и подумать не мог. Надо заметить, что внутриполитическая жизнь СССР была мало интересной, передовицы газет никто не читал/ Единственной газетой, формально не подчиненной партии, была "Литературка", орган Союза писателей СССР.
Но все это было настолько привычным, что перестало привлекать к себе внимание. Больше всего меня занимал "квартирный вопрос", разрешившийся только к концу 1963 года, когда я впервые в жизни получил отдельную двухкомнатную квартиру, освободившуюся в доме, построенном в соответствии с хрущевской программой жилищного строительства. Кончилась жизнь на два города, любимые жена и дочь теперь находились постоянно со мной, служба была интересной и перспективной, я искренне гордился своим делом и с радостью утром шел в институт и с радостью же вечером спешил домой. Для меня, как в детстве и как в отдельные периоды корабельной службы, наступила полоса счастливой жизни, точнее счастливых ожиданий.
Тем ужаснее было то, что произошло через год с небольшим.
Свободное копирование
