Н.С. Прокопенко провел меня в свой кабинет, где было рабочее место и его заместителя Револьд Львовича Левитина, с которым я был знаком по приездам последнего в Уч-Кудук и Сабырсай, т.к. сотрудники Филиала вели проектирование рабочих чертежей горных работ рудника № 6 Уч-Кудука и рудников №№ 1 и 2 Сабырсая. В кабинет были приглашены начальники проектных групп горного отдела и Николай Степанович представил меня как начальника горного сектора.
В составе горного сектора было пять проектных группы по три-пять человек каждая. Группа Н.И. Кузнецова, горного техника с большим стажем проектных работ, ведущая проектирование горных работ объектов ЛГХК, группа Г.М. Зиновьева, горного инженера, ведущая проектирование объектов КГРК, группа Н.А. Норкина, горного инженера, ведущая проектирование объектов НГМК, группа горного инженера М.П. Гиммерверта, ведущая проектирование горно-капитальных объектов по всем комбинатам и группа под руководством И.И. Мамохина, техника геолога с большим стажем работ в геологических партиях и руководящих геологических органах Узбекистана, участника ВОВ, разрабатывающая геолого-геофизические, гидрогеологические и маркшейдерские разделы проектов и "Технико-экономические доклады (ТЭД)" по обоснованиям целесообразности проведения детальных разведок опоискованных геологическими организациями рудопроявлений и обоснованию кондиций для подсчета запасов разведанных месторождений при утверждении их в ГКЗ (Государственной Комиссии Запасов). Последняя группа, связанная как правило с секретными и совершенно секретными материалами, размещалась в отдельной комнате, где мне было организовано рабочее место и я приступил к исполнению новых для меня обязанностей.
Понятно, что я не плохо разбирался в проектной документации, ее составе в разных стадиях проектирования, определенных требованиях к ней и прочее-прочее, так как уже много лет руководил оценкой качества проектов, осуществлением на практике проектных замыслов, знал слабые места проектировщиков с точки зрения практика. Это помогло мне довольно быстро освоиться, постигнуть азы создания проектов, детали и тонкости взаимоувязки отдельных частей проектов внутри горного отдела, где функционировал горно-механический сектор, разрабатывающий средства механизации горных работ, электроснабжение внутрирудничных объектов, автоматизацию горных процессов, и со смежными отделами, участвующими в проектирования горных объектов.
Наиболее сложным было найти способы и средства для налаживания взаимопонимания с подчиненными мне сотрудниками и смежниками. Кадры в Филиале сложились частично из специалистов ранее работавших в СПБ-2, к этому времени уже имеющие значительный стаж проектирования и пользующиеся на этой основе заслуженным авторитетом, и пополнялся молодыми специалистами из ВУЗов и техникумов. Минсредмаш по-прежнему пользовался преимуществами при отборе еще обучающихся студентов для распределения их на работу в подчиненные Министерству предприятия. Для Азиатских предприятий стали базовыми ВУЗы Ташкента и Алма-Аты, главным образом ТашПИ (бывший САИИ), Ленинабадский политехнический техникум в г. Чкаловске, созданный в конце пятидесятых годов, где уже шло обучение многим специальностям требуемых производствами горно-металлургических комбинатов. Несколько лет уже функционировал и выпускал специалистов горных, строительных и других необходимых профилей Навоийский промышленный техникум в составе НГМК. Трудились в Филиале относительно небольшое число сотрудников, перешедших с производств проектируемых комбинатов. Но, большинство из них работали не на должностях связанных непосредственно c проектной работой, а во вспомогательных отделах и службах. Не каждый производственник мог освоить специфический характер проектных работ.
Большинство сотрудников горного отдела, да и многие из других проектных отделов и изысканий знали меня по прежней моей работе, бывая в командировках на предприятиях в Янгиабаде, Навои, Сабырсае. Помогло мне и то, что в филиале трудились мои друзья-однокашники по институту и по работе в ЛГХК. Как уже отмечал, начальником НИО Павел Шилов, в техническом отделе Александр Теплов, тоже пришедший на горный факультет после демобилизации (из госпиталя по инвалидности - без ноги), очень скромный человек с весьма умной головой, прекрасный шахматист; в изыскательских отделах Владимир и Антонина Кожевниковы, в 6-ом (энергетическом) отделе Лидия Репина, в горном отделе Мария Родионовна Брагина бывший маркшейдер и ее муж Иван Иванович (фамилии не вспомнил) бывший горный мастер на руднике № 2 Янгиабада - в техническом отделе и другие.
Но самое главное это то, что начальником отдела был Николай Степанович Прокопенко, который и являлся главным организатором моего перевода на работу в Филиал, как я потом узнал, да и догадывался об этом ранее. Читатели моей первой книги знают о моей работе в замах у Н.С. Прокопенко на Янгиабадском Рудоуправлении, о значительной инициативе его по резкому улучшению санитарных условий и состояния техники безопасности на горных работах, в осуществлении которой я принял активнейшее участие и продолжил уже после отъезда Николая Степановича. Мы не прервали наши товарищеские взаимоотношения (несмотря на порядочную разницу в возрасте), изредка переписывались. Не помню в каком году мы с Юлией, будучи в отпуске в Кисловодске, побывали в гостях у Прокопенко в г. Лермонтове, где работал Николай Степанович главным инженером Рудоуправления. Чета Прокопенко жили в собственном доме, который построили по эскизам хозяина, где жилые и подсобные помещения располагались в двух (а может быть и в трех) уровнях, имелся солярий с прекрасным видом на утопающий в зелени городок. Именно Николай Степанович вышел к А.Суворову с предложением и проектом письма в адрес Руководства НГМК о переводе меня в Филиал. А.П. Суворов по каким то причинам долго не подписывал вызов, а Николай Степанович упорно неоднократно напоминал ему об этом.
Свободное копирование
