В нашем городе, как и повсюду, ожидали близкую теперь победу.
"Трудно, невозможно описать Победу, ибо она безгранична. Победа была, есть и будет понятием не только общественным, но и сугубо личным.
Никто не знал, как будет выглядеть Победа. Конечно, было ясно, что Победа это конец войне, а вот как она будет выглядеть, как войдет в наш город, в наш дом...
Самые прекрасные сооружения: Спасская башня Кремля, Тадж-Махал, Нотр-Дам сложены из обыкновенных кирпичей. Реки слез слиты из капель горя. А вот из чего сложена самая большая, самая великая радость на свете, которой никогда раньше не было и никогда больше не будет. Радость была больше похожа на поле, где каждый колосок, каждое зернышко само по себе, а вместе они - нива." (Вадим Корнев. "Добрая книга о Сталине".)
Но пока еще не кончилась война, все также шли поезда на дальние теперь уже фронты, туда с танками, пушками, авиабомбами, обратно с ранеными, побитой техникой, трофейным оборудованием.
Пленные немцы при встречах с русскими с какой-то видимой охотой повторяли как пароль, как заклинание - "Гитлер капут!", а что у них было на душе, нельзя понять, не побывав в их шкуре.
Около трех ночи меня растолкала Тамара. "Вставай скорей! Передачу ТАСС прервали, идут позывные!" Я кинулся к рубильникам, позывные пошли по всему городу громко, властно и требовательно.
И наконец:
"Внимание, внимание! Говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза!
Передаем приказ Верховного Главнокомандующего!"
Это была ПОБЕДА!!!
Стреляли из всех видов оружия, даже из пушек, (значит не все они были на фронте). Весь следующий день праздновали Победу на улицах и площадях, на вокзале и в каждом доме. Гремела музыка и салюты, пели песни и кричали "ура", обнимались и целовались совсем незнакомые люди, качали военных и пили, у кого что было, угощали каждого, кто рядом, плакали от счастья, от ПОБЕДЫ.
Свободное копирование
