Зимой на пятом курсе мы сдавали 4 экзамена - в Курчатовском Марк Каменецкий читал нам какой-то теоретический курс, потом Трошин параллельно с ним - экспериментальный, еще курс по выбору, можно было на базе, ещё общественный предмет, и всё.
Общественный предмет я сдала на отлично, Марку сдала тоже на отлично, но перед этим сдавала Трошину, и он, не зная к чему придраться, сказал мне:
-Ну, если вы надеетесь у Марка получить пять, и у вас будет выходить повышенная, то и я поставлю вам пятерку, а нет, то тогда четыре. Курс у меня не сложный, но я не могу всем только пятерки ставить.
И я поехала на базу, сдавать один курс по фотосинтезу, курс по выбору. Можно было и другой сдать, я долго колебалась, пока выбрала, и в результате неудачно выбрала. Он долго цеплялся неизвестно к чему, и довел меня до слез, а ребята из его лаборатории готовы были его сожрать, так как справедливо считали, что он скотина и выпендривается. Один даже всё время делал мне знаки и подбадривал. А когда я осталась одна, он подошел ко мне и сказал:
-Не обращай на него внимания.
Как я сейчас понимаю, преподаватель был неуверен в себе и поэтому цеплялся, чтобы самоутвердиться - мол, эти умные физтехи думают, что мой курс простой, так я им докажу, что нет. То ли дело было сдавать в прошлом году академику Спирину - курс четкий, необычайно красивый, и довольный жизнью академик не чета какому-то там кандидату, не цеплялся по пустякам, даже членкору и то лучше было сдавать, Птицын, по крайней мере, тупицу из меня не делал, а только лентяйку, каковой я и была на том этапе моей жизни.
А этот гад промариновал меня три часа и влепил четверку, и накрылась моя повышенная, и я поехала к мужу в Подлипки, и долго ему жаловалась, Леша вытер мне слезы рукавом рубашки и сказал только одну фразу:
-Вот скотина, пристал к беременной девчонке, - и сразу всё переменилось: униженной оказалась не я, а он, это он непристойно принимал экзамен, довел женщину до слез, беременную к тому же. Правда, нужно сказать, что, конечно, он не знал про это, но сути дела это не меняло, он был свинья и больше ничего, похоронил мою мечту о повышенной стипендии, а Пашка Корчагин получил ее, причем, когда он советовался со мной, кому сдавать на базе, я отсоветовала ему идти по моим стопам.
-Тебе Трошин поставил что, отлично? - спросила я Пашку. - Так не дури, у тебя же повышенная выходит.
Корчагин, который учился по принципу - пронесло без двоек - и слава богу, удивленно посмотрел на меня, соображая, и радостно закричал:
-Вот это да! Я и вправду на повышенную вытягиваю!
Тот не физтех, кто двоек и повышенную не получал, и я, получалось, не физтех, первая часть у меня как-то присутствовала, а на вторую я не дотянула. А у Пашки и с первой было всё в порядке, и вот, на пятом, получилась повышенная.
В общагу приезжала Ленина мама, посмотреть, как живет дочурка, и, увидев меня, очень удивилась - я поняла, что не соответствовала рассказам ее дочери обо мне - она ожидала увидеть взрослую женщину, ведь мы были на 5 лет старше своих первокушек, да и каких лет! Четыре из них - учеба на физтехе, а ее маме я показалась (да и была) совсем молоденькой, мне было всего 22 года, и беременность делала меня моложе.
Свободное копирование
