Беременности моей видно не было, стоять мне было не тяжело, но сам факт - в строю беременная женщина - меня очень шокировал. Я подошла к нашему майору и попросила:
-Можно, я не буду вставать в строй? - думая про себя, ну какое объяснение мне ему дать, если он спросит, почему.
Наш преподаватель очень стеснительный мужчина, он почти никогда не смотрит на студентов, такое чувство, что он нас боится. Мне всегда его жаль, он вынужден зарабатывать кусок хлеба, занимаясь обучением всяким глупостям высокоумных и насмешливых парней, и он боится насмешек. А женщин он остерегается с детства и поэтому сейчас, глядя в сторону, никак не на меня, чтобы я, не дай бог, не подумала, что он меня разглядывает, майор отвечает просто и коротко:
-Можно.
И я вдруг понимаю, что он либо уже заметил мою беременность, что фактически невозможно, либо просто догадался, либо в глубине души он считает, что девушке не место в строю с парнями, но, во всяком случае, я довольная сажусь за парту, и Палыч возмущенно требует, чтобы я стала рядом с ними, но я сначала делаю вид, что не понимаю, о чем он, а потом просто высовываю ему язык, поддразнивая.
Помимо занятий семинарских, нам еще лекции читали по гражданской обороне.
Читал тоже наш дядя, а потом его замещал один полковник - известная сволочь на военной кафедре.
Как-то Вовчик и Алешка Панков, сидели в небрежной, развалившейся позе у него на лекции в первых рядах, и вдруг он обратил на это внимание и разорался:
-Как вы сидите! Развалились тут! Много о себе воображаете!
К слову сказать, и Тульских, и Панков, отличники и краснодипломники вполне могли позволить себе воображать о себе много, но дело даже не в этом.
-Вас бы в сталинские времена, вас бы научили, как себя вести.
Ребята выпрямились довольно неохотно, но молчали, а я завелась с первых же слов из-за хамской интонации, а когда он еще и про Сталина вспомнил, то совсем разъярилась, и в наступившей паузе, когда он переводил дух от крика, в тишине я как-то отстраненно услышала свой громко прозвучавший на всю аудиторию звенящий от напряжения голос:
-А что, сталинские времена могут вернуться?
Никогда больше в жизни я не видела, чтобы человек так поменялся на глазах.
Он стал меньше ростом, испуганно съежился и тихим, совершенно другим голосом сказал:
-Я этого не говорил.
Вовка Тульских оценит мое вмешательство и скажет мне на перемене:
-Хорошо ты его осадила.
Наш майор на лекциях стеснялся так же, как и на семинарах, и тихо что-то шептал сам себе, стоя у доски.
Правда, проверку явки он проводил.
-Вы почему не были на предыдущем занятии? - спросил он Ирину.
Иришка встала и тоненьким девчоночьим голоском, прерывающимся от сдавленного смеха, начала объяснять:
-Я не явилась на занятия по непредвиденным обстоятельствам. Я шла в институт, и у меня сломался каблук на сапогах.
Мужская аудитория радостно приветствовала такую замечательную версию прогула.
-Но у меня, правда, сломался каблук, - настаивает Сергеева, реагируя на смех в зале и понимая, что ее слова не звучат убедительно.
-У меня правда сломался каблук, - повторяет она и фыркает, так ей самой смешно. - У меня одни сапоги, и я не могла пойти на занятия и пошла в сапожную мастерскую, где и просидела полтора часа, пока подошла моя очередь, и мне приделали каблук.
Все уже в лежку лежат, слушая эту сказочную историю.
Преподаватель чувствует, что из него делают шута горохового, сердится и говорит:
-Это не уважительная причина (не верит он про каблук, вот и причина неуважительная).
-Ничего себе неуважительная причина, - громко возмущается Ирина. - Да как же я дойду до Долгопрудного, на одном каблуке, что ли?
Аудитория уже рыдает, корчаясь от смеха, и майор сажает Ирку, ничего к своим словам не добавив.
На перемене я ругаю Сергееву:
-Ну, и чего ты выступала, мне прямо его жалко стало - устроила представление на занятиях. Он и так нас боится, а тут ты со своими каблуками. Сказала бы, что объяснишь на перемене, подошла бы и наедине и объяснилась: так, мол, и так, сломался каблук, не в чем было прийти. Он бы тебя не отметил, а теперь вдруг придется с деканатом объясняться.
Но в деканат Ирину вызвали по другой причине. На нее пришла жалоба из милиции.
Ирка переходила улицу и, как всегда, мчалась, сломя голову, своей пошатывающейся походочкой, а за ней погнался милиционер и начал свистеть изо всех сил.
-Я слышала свист, но никак не отнесла его к себе, - объясняла мне Ирина.
Бдительные граждане ее задержали, и милиционер потребовал пять рублей за переход улицы в неположенном месте:
-Я всю жизнь здесь ходила, почему вдруг нельзя, - сердилась Ира. - И откуда у студентки пять рублей?
Милиционер долго разглядывал ее студбилет, а потом сказал:
-Нет денег на штраф? Напишу в деканат.
И пришло послание, что гражданка Сергеева Ирина Леонидовна переходила улицу в неположенном месте и на свистки не реагировала.
-Ты, почему на свистки милиции не реагируешь? - со смехом спросила Ирину секретарша, подавая ей в конверт.
-На-ка, почитай, что на тебя тут накатали. Мы делаем тебе внушение, в следующий раз слушай, когда тебе засвистят, - заключила секретарь, хихикая, и на этом история закончилась.
Свободное копирование
