В феврале 1988 года у нас появился внук Родион, губастенький, тёмноволосый, и сразу очень серьёзный, а весной мы перекупили дачный участок в живописном предгорье на берегу небольшой, пересыхающей летом, речонки, с недостроенной дачей, владельцем которой был мой тёзка и ведущий водитель ралли «Москва-Фрунзе» на первой нашей «Волге». Уезжал он вместе с семьёй в подмосковный совхоз «Бронницы», где его дядя заведовал отделением. «Волгу» эту я назвал первой, потому что осенью 1990 года у нас промелькнула и вторая, о которой будет рассказано ниже.
Муж дочери перевёлся из своей подмосковной Черноголовки в высокогорную лабораторию-полигон Института Высоких Температур АН СССР (ИВТАН), которая располагалась сравнительно недалеко от нашего города на высоком горном плато «вторых гор», ограниченном двумя глубокими ущельями, из которых одно было знаменитое Аламединское, на дне которого бушевал стремительный Аламедин. На полигоне ИВТАН был небольшой жилой комплекс для работников, и молодая семья перебралась в один из домиков этого посёлка. Конечно же, каждый выходной мы уезжали на полигон навестить их, и крутые серпантины горной дороги, наверное, до сих пор помнят колеса нашей «Джульетты».
Очередной юбилей жены отметили торжественно и многолюдно. И какая же она стала серьёзная-несомненное влияние её работы в нашем головном Министерстве народного образования. Чем-то настораживает волевой властный блеск её глаз, настораживает и слегка притормаживает мои чувства к милой моей девочке. Что же исчезло? Или потеряно? Начинаю смутно понимать, что это беззащитность её ушла, время пришло другое, и мы изменились, но это так естественно. Ну, и что из того? Она со мной, верная испытанная школьная подруга, она рядом. Пятьдесят лет, удивительный возраст! И почему же так случилось, что пересеклись и переплелись наши судьбы? Волевой волнорез жены и наши длительные раздумья о будущей карьере сына привели его в аудитории медицинского института, который славился своими традициями отличной подготовки медицинских кадров, заложенными знаменитыми медиками страны, эвакуированными в наш город во время Второй мировой войны.
Осенью этого года я опять увидел смятение жены и ужас на её лице-мы чуть было не потеряли нашего дорогого внука. Родители вечером привезли его к нам с полигона ИВТАН с тяжелейшим бронхитом, который перешёл в «круп», практически наглухо заблокировавший дыхательные пути. «Скорая» мгновенно увезла уже почти бездыханного нашего мальчика, и в последний момент проведённая экстренная интубация (введение дыхательной трубки) бронхиальных каналов сохранила ему жизнь. В течение недели мы почти не покидали больничный приёмный покой, а врачи каждый раз сурово извещали нас, что опасность для жизни остаётся высокой и за благополучный исход поручиться нельзя. Услышал Господь наши непрестанные молитвы, выжил наш внук, спасибо тебе, Господи, низкий тебе поклон! После длительного последующего лечения мы потом ещё долго замечали, как засыпающий в своей детской кроватке Родя начинал методично и осторожно перебирать руками, имитируя интубацию, которую неоднократно проводили ему в больнице.
Свободное копирование
