Записки вашего современника - 161

В продолжение истории с попыткой опубликовать в "КП" статью с критикой академика Лысенко.

Пётр Леонидович Капица, замеченный в склонности к парадоксам, говорил нам с Михвасом, подписывая письмо:
— Что бы вы мне ни говорили, но противоречия стимулируют развитие науки. Вот вы говорите, что Лысенко — лжеучёный. Но ошибки — это ещё не лженаука. Лженаука — это непризнание своих ошибок. Вот я вам расскажу такой случай. Лысенко долго уговаривал Несмеянова организовать поездку всего президиума Академии в Горки Ленинские на его базу. В конце концов уговорил, мы поехали. Прогуливаемся. Лысенко говорит:
— Вот прекрасная иллюстрация к моей мысли, что внутривидовой борьбы не существует. Взгляните, вот стоят две берёзки. Но большая не только не угнетает меньшую, но, наоборот, помогает ей, соединившись корнями!
— Каким образом? — спрашивает Владимир Николаевич Сукачёв, который о деревьях знает всё. — Ведь в России не растут деревья, которые имели бы общую корневую систему. Такие деревья растут только в тропиках. — И он назвал по латыни два каких-то мудрёных названия.
— Да зачем спорить, — вступил в разговор академик Энгельгардт. — Давайте просто выроем эти берёзки и посмотрим...
— Я не позволю нарушать природную среду эксперимента! — закричал Лысенко.
Тут я не выдержал и говорю: 
— Трофим Денисович абсолютно прав: условия опыта нарушать нельзя. Давайте так сделаем: впрыснем с помощью обыкновенного шприца большой берёзе радиоактивный изотоп углерода. А потом, даже не прикасаясь к маленькой берёзке, с помощью счетчика Гейгера проверим, есть ли в ней этот изотоп. Если есть — значит, внутривидовой борьбы нет, ведь так?..
Лысенко очень на меня обиделся. Говорит мне:
— Пётр Леонидович! Я когда-нибудь позволял себе лезть со своими советами в вашу физику? Так вот и вы, очень вас прошу, в мою биологию не лезьте...
Ну, мне совсем скучно стало продолжать этот разговор, и я пошёл на ферму. На ферме все бычки такие упитанные, гладкие. Я говорю скотницам:
— Какие у вас бычки красивые, гладкие...
А они мне в ответ:
— Так что же им не гладкими быть, коли они питаются вафлями и печеньем. На фабрике «Рот-Фронт» лом печенья и вафель в брак идёт, а нам его привозят...
А вы говорите «лженаука»!..

* * *
Академик Иван Иванович Шмальгаузен сказал:
— Я много раз говорил Трофиму Денисовичу, что знаю абсолютно верный рецепт увеличения жирности молока: корову нужно кормить!

* * *
У Игоря Евгеньевича Тамма в комнате был полный кавардак. Разбросаны рюкзаки, спальные мешки, альпенштоки, башмаки с шипами и разное другое снаряжение для альпинизма. Но он нас встретил очень радушно, был весел и оживлён, как мальчишка. Рассказал две истории, связанные с Лысенко.

На черноморском пляже подходят к нему двое мужчин и говорят:
— Нам сказали, что вы — физик и могли бы нам помочь...
— Да, я, в некотором роде, физик, — отвечает нобелевский лауреат. — А в чём дело? 
— Мы — кинооператоры со студии документальных фильмов и хотели бы понять, почему микроскоп теперь инструмент как бы недействительный?..
— Видите ли, я — не оптик, точно сказать не могу, — отвечает Тамм, — но, насколько мне известно, микроскоп, как и во времена Левенгука, инструмент вполне действительный...
— Вот то-то, что вы не оптик, — говорят кинооператоры. — Вы просто не в курсе дела. Мы снимаем фильм об академике Лысенко. И для разнообразия видеоряда мы вставили кинокадры, сделанные через микроскоп. А Трофим Денисович говорит: «Уберите эти кадры. Сейчас столько «учёных» развелось, всё в микроскопы смотрят, а что видят — сами не знают!..»

Вторая история такая. После войны скопилось огромное количество взрывчатых веществ, но находились они в таком виде, что применение их в мирной жизни, скажем, в горнорудной промышленности, было затруднительно. Так вот один инженер, кажется из Донбасса, предложил очень экономичный способ их переработки, который экономил десятки миллионов рублей, за что и был выдвинут на соискание Сталинской премии 2-й степени. Премию инженеру совсем было решили дать, но тут, неожиданно для всех, взял слово Лысенко и «на полном серьёзе» сказал:
— Хватит землю пугать! Не нужны эти взрывы. Земля испугается — и рожать перестанет!..