Autoren

1021
 

Aufzeichnungen

145000
Registrierung Passwort vergessen?
Memuarist » Members » Georgy_Daneliya » Ы-Фынь

Ы-Фынь

15.06.1956
Москва, Московская, Россия

Прошло два месяца. За это время я сдал в приемную комиссию рисунки и все, что было положено, и с “Мосфильма” ко мне на дом пришла бумага, что я допущен к собеседованию.

 

А в ГИПРОГОР вслед за ней пришла другая бумага: официальное приглашение в Китай.

 

Месяцев шесть тому назад в ГИПРОГОРе появилась китаянка, которую прислали к нам на практику. Звали ее Ы-Фынь. На вид ей можно было дать то двадцать пять, то сорок — в зависимости от освещения. Сначала ее водил по институту сам директор института, потом ею занялся главный архитектор. Главный архитектор перепоручил ее начальнику нашей мастерской, а через неделю китаянку сплавили мне, как самому молодому.

 

— Чему она у меня может научиться, я сам еще учусь! — пытался увильнуть я.

 

— Пусть делает то же, что и ты.

 

— Трудно будет ей без тренировки курить на лестнице с девяти до шести.

 

— Кончай острить. Это комсомольское задание.

 

Ну, раз комсомольское... Я подумал и поручил Ы-Фынь перечертить детальный план города Красноуфимска, схемой расселения которого занимался в то время. Думал, со всеми коммуникациями и сараями ей месяца на два работы хватит.

 

Она предъявила мне чертеж через десять дней. Глаза у нее были красные, а план начерчен хоть и неумело, но аккуратно и досконально. Тогда я дал ей план другого города, в три раза больше. И еще — взял из красного уголка гипсовую голову Диадумена, принес из дома подрамник, ватман и показал, как надо рисовать. Днем Ы-Фынь чертила, а вечером, после работы, рисовала. Диадумен в ее исполнении смахивал на китайца.

 

Через некоторое время я должен был ехать в командировку. Я сказал своей подопечной, что уезжаю в Красноуфимск, а с ней будет заниматься старший архитектор Нелли Зурабовна.

 

— Нет. Я ехать с тобой, — заявила Ы-Фынь. — Я тоже чертила Красноуфимска.

 

Я доложил начальству, что китаянка намылилась ехать со мной.

 

— Нельзя. Это закрытый объект.

 

— Так ей и сказать?

 

— Нет. Ей скажи, что там русский мороз, дом приезжих и нужник во дворе!

 

Так я ей и сказал. Ы-Фынь строго посмотрела на меня:

 

— Я мороз не боюсь! И нужник не боюсь! Я три года командира партизанского отряда!

 

Командира не командира, но уехал я без нее (об этой поездке расскажу отдельно).

 

А потом был ХХ съезд, где Хрущев разоблачил культ личности. В газетах еще ничего не появилось, но все уже что-то слышали.

 

С утра в мастерской никто не работал. Пока еще полушепотом делились услышанным: оказывается, Сталин был параноик. Провокатор. Агент царской охранки. Еврей. Японский шпион... Кто-то вяло не соглашался: “Сталин ничего не знал о репрессиях. Он ошибался...”

 

Ы-Фынь сидела неподвижно, уставившись в одну точку. Слушала, слушала и вдруг что есть силы грохнула кулаками по столу и крикнула:

 

— Мао Цзедунь никогда не ошибаться! Никогда! — и убежала.

 

Несколько дней она не появлялась. Потом явилась как ни в чем не бывало, и все пошло по-прежнему: днем чертим, вечером рисуем.

 

В общем, я к ней привык. Она мне была симпатична: вежливая, скромная и очень обязательная. Она ко мне тоже привыкла и приглашала в гости:

 

— Георгия, приходи ко мне дома. Будем пить чай, веселиться и фотографироваться.

 

А я, на всякий случай, не иду, — китайцы хоть и наши друзья, но все-таки иностранцы. А тогда к иностранцам в гости ходить очень не рекомендовалось.

 

Вызывают меня в комитет комсомола:

 

— Данелия, тебя твоя китайка чай пить приглашает. Почему не идешь?

 

Уже настучал кто-то.

 

На следующий вечер после работы я купил букетик цветов и поехал к Ы-Фынь. Жила она в однокомнатной квартире с казенной мебелью. Мы выпили чаю со сластями из гастронома, она рассказала анекдот про Трумэна, я — про грузина и армянина, посмеялись. Потом она взяла фотоаппарат, мы вышли на улицу, она сфотографировала меня, я — её, попросили прохожего, он сфотографировал нас вместе. И разошлись, точно выполнив программу: выпили чай, повеселились, сфотографировались.

 

Так Ы-Фынь проработала у нас полгода, и ей пора было уезжать. Мы собрали деньги, купили в подарок электрический самовар и устроили в мастерской прощальный сабантуй. После сабантуя Ы-Фынь попросила, чтобы я ее проводил, и по дороге, в метро, спросила, не хочу ли я поехать в Китай. На три года работать. С женой и дочкой.

 

— Спроси семья. Утром позвони. В семь. В восемь меня посольство везти аэропорт.

 

— Хорошо, позвоню. А кем я там буду работать?

 

— Будешь моя советника.

 

— А ты кто?

 

— Министра строительства.

 

— ?!!

 

Дома я посоветовался и на следующий день ровно в семь утра позвонил Ы-Фынь и сказал, что согласен.

 

На работе, когда я сообщил, что Ы-Фынь министр строительства Китая, все решили, что я шучу. Но начальник мастерской занервничал и успокоился, только когда позвонил в Госстрой и выяснил, что министр строительства Китая — мужчина.

 

А через две недели из Китая пришла бумага — официальное приглашение — на Данелия Георгия Николаевича.

 

— Может, она замминистра? — снова заволновался начальник мастерской. — Или министр какой-нибудь провинции?..

 

Я до сих пор не знаю, кем была Ы-Фынь, но тогда решил: не попадаю на курсы — еду в Китай.

23.08.2018 в 16:08


Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2021, Memuarist.com
Rechtliche Information
Bedingungen für die Verbreitung von Reklame