27/X
МОСКВА
«ОТЕЛЛО»
Л. Толстой утверждал, что того мы больше любим, кому больше сделаем добра.
Я отдал этой роли все лучшее — и чувства, и мысли, и силы. В память о лучшем… о Люльке.
Торжество идеи не через утверждение этой идеи, а через жизнь человека.
Здесь идея торжествует не через то, что ее утверждают, а через борьбу за Дездемону у Отелло, за Отелло у Дездемоны. Об идее вроде не беспокоятся, о ней не говорят, не навязывают ее залу, ею живут, она — содержание их существ.
Ни одного тезиса.
Содержание, могущее быть выраженным тезисом, — в самом человеке. Отсюда сколько смотрящих, читающих, играющих — столько редакций. Содержание от этого не становится беднее, образ — богатеет.
Свободное копирование
