Через некоторое время наша жизнь приятным образом изменилась. Раньше, когда мы приходили на обед, водопровод в рестхаузе, как обычно, был испорчен - никакой надежды ополоснуться. А тут вдруг к нашим услугам было десять кувшинов воды, нацеженной из-под крана буквально по капельке. По вечерам у ребят исчезали носки и рубахи, а по утрам возвращались чистыми. Карловы джинсы, уникально жестяные, оказывались заштопанными парусной иглой. Перевод лоции Персидского залива был сделан в срок и безукоризненно. Корреспонденты исправно получали надлежащую информацию...
Эти и другие чудеса имели непосредственное отношение к одной нашей с Туром беседе. Я сказал тогда:
- Скоро сюда приедет моя жена.
Тур охнул и выдавил с трудом:
- Невозможно! Куда ее поселим?!
- Как - куда поселим?! Большой же дом!
Тогда я еще не разглядел, что рестхауз - далеко не гостиница, он лишь вроде сельского клуба и постоялого двора. В нем кроме бара и ресторанного зала только три жилые комнаты - для членов экипажа, боливийцев и киногруппы из Би-би-си.
Тур не шутя обеспокоился. Он, как выяснилось, еще раньше предупреждал: с жильем скверно, приезжайте без родных. Но до меня его просьба, переданная через пятые руки, почему-то не дошла. А теперь менять что-либо было поздно.
- Когда? - хмуро поинтересовался Тур.
Я утешил его:
- Не завтра, не послезавтра, но уж через неделю наверное.
Свободное копирование
