К тому времени, как мы приземлились в Тайпее, мне стало по-настоящему хорошо. Дядя Сэм, в своей безграничной мудрости, создал для своих воинов все условия — только следуй по маршруту. В Сайгоне мы разбирались по разным городам: Тайпей, Бангкок, Сидней и прочим. В каждом городе нас привлекало одно и то же: выпивка и ебля. Или ебля и выпивка, в зависимости от ваших моральных принципов.
Когда мы сошли с самолета, улыбающийся госслужащий направил нас к автобусу. Автобус колесил по улицам, а нам перечисляли разные отели, называя цены и местоположение. Я решил остановиться в "Кингс".
Когда правительство высадило нас у отеля, в бой пошла китайская часть команды. Добродушный, знающий китайский гид вцепился в нас, едва мы вышли из автобуса.
— Ладно, ребята. Вы прибыли туда, куда надо, — и он тепло улыбнулся. — Идите сюда, я помогу вам занять номера, но мы должны торопиться. У нас в Тайпее куча дел.
Я швырнул свой мешок в комнату. В номере напротив расположился человек по имени Чак. Чаку было сорок с лишним лет, он был капитан. Здесь же он одевался почти совсем, как я — хлопчатобумажные брюки, рубашка в клетку и мягкие кожаные туфли. Не успели мы представиться друг другу, как примчался Дэнни, наш гид.
— Джентльмены, быстрее, быстрее. У нас в Тайпее куча дел.
Дэнни потащил нас к лифту:
— Запомните, джентльмены, вы здесь, чтобы развлекаться, а моя работа — помогать вам. Во-первых, перейдем через дорогу, чтобы зайти в высококлассный бар и обсудить наши планы. Вы скажете мне, что собираетесь делать, а я стану вашим гидом.
Дэнни, непрерывно разговаривая, шел чуть впереди нас, чуть ли не задом наперед. Его настолько переполнял энтузиазм, что можно было подумать, будто он и сам приехал из Вьетнама.
Дэнни провел нас через дверь бара. Вдоль стены сидели тридцать-сорок женщин, в один ряд. Он повел нас к началу ряда.
— Марта! Рад тебя видеть, — сказал он первой девушке. Она тепло кивнула Дэнни, а потом и нам.
— Привет, — сказал я. — Я Боб Мейсон.
Марта, кажется, была очень рада познакомиться.
Мы шли вдоль длинного ряда девушек, здороваясь почти с каждой. В конце мы поднялись на второй этаж и разместились за столиком, на который какой-то из друзей Дэнни уже подал напитки.
— Итак, джентльмены, вам каких?
— В смысле, каких девушек?
— Ясное дело. Скажите, какая вам понравилась и она будет с вами вот прямо так, — он щелкнул пальцами.
— Ну, мне вроде понравилась одна, но я не запомнил ее имя, — сказал я.
— Где она сидела?
— Примерно десятая по счету. На ней фиолетовое платье.
— А, Шерон. У тебя очень хороший вкус, Боб.
— Спасибо.
Чак описал девушку, которая ему запомнилась, Дэнни встал и извинился:
— Я совсем скоро вернусь. Выпейте!
Как только Дэнни исчез, появилась девушка в фиолетовом, Шерон. Она была не одна; ее проводили до столика в другом конце зала. Она уселась напротив своего спутника, лицом ко мне. Как я мог чувствовать, что меня обманули, я ведь даже не знал этого человека? Из всех в ряду она смотрела на меня непрерывно. Сейчас, глядя на нее, я понял, что совершенно влюблен. Было в ней что-то знакомое. Встречаясь глазами со своим спутником, она мягко улыбалась, но ее выражение слегка менялось, когда она смотрела в сторону. Она не отворачивалась и я знал, что она тоже меня любит.
Дэнни вернулся, идя позади двух женщин. Обе они были хорошо одеты и несли сумочки. Они уселись напротив нас с Чаком.
— Линда, это Боб. Вики, это Чак, — некоторое время Дэнни, ухмыляясь, оглядывал наши счастливые парочки. — Посмотрю, что там с вашей выпивкой.
Прежде, чем он ушел, то наклонился ко мне и прошептал:
— Шерон уже…
Я быстро кивнул.
Линда наклонилась ко мне через столик и прошептала:
— Как жаль, что вам не досталась та, кого вы любите. Хотите, я уйду?
Да, этого я и хотел. Эта девушка, Шерон, была восточной версией Пэйшнс. Именно так Пэйшнс смотрела на меня, когда мы встретились в первый раз. Но я уже залил в себя достаточно виски, чтобы очерстветь. Тот факт, что Линда хотела уйти, быть отвергнутой, стер то, что оставалось от моих чувств и я ответил:
— Нет, конечно нет.
— Она красивей, чем я, — сказала Линда, напрашиваясь на комплимент. На самом деле, Шерон была красивей, но я напомнил себе, что ни та, ни другая не были бы со мной, если бы я не собирался платить. Через четыре дня все кончится.
— Не глупи, ты красивей.
— Спасибо за ваши слова.
Шерон все еще поглядывала на меня время от времени. Я так и не понимал, почему. У меня остались смутные воспоминания о разных клубах, о том, как я пел на улицах, о ярких огнях и такси. Я даже проснулся в другом отеле. Моей спутницей, за десять долларов в день, была Линда. Она показывала мне разные виды острова, в промежутках между утолением моей отчаянной страсти. Каждый вечер мы ужинали в разных клубах и ресторанах, никогда не заходя никуда дважды. Иногда я видел, как Шерон поглядывает на меня знакомым взглядом.
Четыре дня пролетели мгновенно.
Как ни странно, когда мы приехали в аэропорт, девушки столпились у автобуса. Солдаты прощались со своими китайскими подружками. Девушки в самом деле плакали. Почему? Люди, бывшие совершенно чужими пять дней назад, прощались со слезами на глазах. Я выбрался из автобуса, но не видел Линды. Пройдя мимо обнимавшихся парочек, я двинулся к терминалу. За пять шагов до двери я услышал, как меня зовут по имени. Оглядевшись, я увидел Шерон. Она широко улыбалась, но по щекам у нее текли слезы. Она протянула руки, и инстинктивно я обнял ее. Я все не мог понять, зачем она это делает.
— Пожалуйста, берегите себя, — сказала она.
Свободное копирование
