|
|
16 января. Пятница. Вечером был у меня Калачов[1], нынче только приехавшего из Петербурга. Он приехал вербовать старых в свой "Архив" и покончить с четвертою книгою "Архива" прежнего, которая у меня на руках. Рассказывает, что "Парус" не запрещен, что только выговор цензора. Священник Белюстин[2], написавший в заграничной сборнике о сельском духовенстве, сильно было пострадал. Самое меньшее ему назначил Синод ссылку в Соловки. Но, говорят, Фамилия, которой книга очень полюбилась, отстояла или отстаивает. Дело было будто бы так. Погодин привез Толстому[3], обер-прокурору, рукопись этой книги, думая тем ему угодить. Толстой, прочтя, ответил, что ее надо сжечь, и действительно, говорят, сжег, т. е. Погодину не возвратил. Погодин послал черновую в Париж к Трубецкому[4]. Потом она напечатана и неожиданно явилась Синоду. Гвалт. Погодин недавно ездил будто бы в Петербург отстаивать Белюстина. А Белюстин, не знавший ничего, сготовил и еще рукопись о чем-то. Калачов ему объяснил в письме, что не время. Как эта история пошибает письмо Чичерина. Цензоры утверждаются Драшусов[5] и Наумов[6] — об них только запрос к Закревскому[7]. Что за глупая история с представлением меня в цензоры {Далее идет пересказ событий.}. 19 декабря 1858 г. в субботу и понедельник Валентин разговаривая о том, что Ковалевский[8] предлагает Бахметьеву[9] в цензоры на место Крузе[10] Ундольского[11], шутя отнесся ко мне: Иван Егорович, не поедете ли в цензоры. Я говорю, да на полгода разве — больше едва ли просуществую. А цензор ему был очень нужен, ибо от Безсомынина[12] он проку не ждал. Он, любезный Валентин, схватился за эту мысль, как за якорь спасения и стал убеждать меня идти в цензоры. Его поддерживали все. Я упирался — выразившись, что в цензоры, все равно, что в министры финансов назначить меня как-то странно. Так это и осталось. 21 декабря, в понедельник ко мне является столоначальник дворцовой канцелярии Муравьев[13] и говорит, что Бахметьев просит меня к себе в 12 часов. Еду. — Я представил вас в цензоры. Ошеломил. — Я четырех кандидатов представил и вас во-первых. Если не утвердят, я вас вновь представлю на имеющуюся открывшуюся вновь вакансию. — Благодарю. — Заверните ко мне вечером, мне хочется с вами познакомиться. Это три минуты все продолжалось. Я к Валентину. — Батюшка, что вы делаете. — Как что, вы ведь согласились? Да, отказываться нельзя, разве так делают. Валентин объяснил, что Катков представил двух кандидатов, Драшусова и Наумова и так в представлении написали всех вас четверых и меня первым с великолепною аттестациею. Пошло представление, по городу разнесся слух. От Крузе было потом известие, что утвердили Драшусова на место Крузе, Наумова вновь, а меня будто на шестую еще новую вакансию. А Калачов нынче уверяет, что представление в Петербурге было только о двух теперь утверждаемых. Это верно, но без сомнения, переделал Катков Ко. [1] 12 Калачов Никита Васильевич (1819--1885) -- историк, правовед, археограф, академик Петербургской АН (1883). В 1843 г. занимался в Москве у П.М. Строева. Издал текст "Русской правды" на основании четырех различных редакций. В 1847 г. занимал в Московском университете кафедру истории и русского законодательства. По поручению Д.Н. Блудова занимался редакцией "Свода гражданских законов", входил в редакционную комиссию по крестьянскому вопросу. В 1865 г. управлял московским архивом Министерства юстиции. В 1860 г. начал издавать журнал "Юридический вестник". В 1878 г. занимал пост директора Археологического института. В 1850 г. начал издание "Архив историко-юридических сведений, относящихся к России". С 1857 г. издание стало называться "Архив исторических и практических сведений". Об этом архиве идет речь в тексте Забелина. В сборнике участвовали СМ. Соловьев, К.Д. Кавелин, Ф.И. Буслаев, А.Н. Афанасьев. [2] 13 Белюстин (Беллюстин) Иван Степанович (1820--1890) -- священник, автор сочинений по церковно-общественным вопросам. Речь идет о его книге "Описание сельского духовенства", которая стала предметом дискуссий, несмотря на ее запрещение в России. Автор дает уничтожающую характеристику духовенству, его моральному, интеллектуальному и бытовому облику. [3] 14 Толстой Александр Петрович (1801--1873) -- генерал-лейтенант, обер-прокуpop Святейшего Синода в 1852--1862 гг. Принимал меры к улучшению положения и образования духовенства. [4] 15 Трубецкой Николай Иванович (1804--1874). С начала 50-х годов жил во Франции, где перешел в католичество, но считал себя приверженцем славянофильства. Издал во Франции ряд брошюр о политической жизни в России. В романе И.С. Тургенева "Дым" выведен как князь Коко. [5] 16 Драшусов Александр Николаевич (1816--1890) -- астроном, преподаватель Московского университета. Цензор Московского цензурного комитета. [6] 17 Возможно, Наумов Дмитрий Алексеевич (1830 --1895) -- земский деятель, магистр международного права, председатель московского губернского управления. [7] 18 Закревский Арсений Андреевич (1783--1865) -- генерал-адъютант, министр внутренних дел (1828--1831), московский генерал-губернатор (1848--1859), член Государственного совета. [8] 19 Ковалевский Евграф Петрович (1790--1886) -- государственный деятель. По образованию инженер. В 1856 г. попечитель Московского учебного округа. С 1858 по 1861 г. министр народного просвещения. Член Государственного совета. [9] 20 Бахметьев Алексей Николаевич (1801--1861) -- попечитель Московского учебного округа. [10] 21 Крузе Николай Федорович (1823--1901) -- цензор (1855--1859). Способствовал свободному выражению мнений в журналистике, особенно в журнале "Русский вестник". В 1858 г. был вынужден оставить службу. В обществе его отставку чествовали обедами и адресами. В 1865 г. избран председателем земской управы в Ямбургском уезде Петербургской губернии, от должности освобожден высочайшим повелением. В 1885 г. член совета дворянского земельного банка. [11] 22 Ундольский Вукол Михайлович (1815--1864) -- библиограф, библиофил. Собрал значительную библиотеку славяно-русских рукописей. Основной труд -- "Очерк славяно-русской библиографии". |










Свободное копирование