В Минске я нашел своего старшего брата Сережу, который был назначен Эвертом в качестве начальника артиллерии фронта. При нем для распоряжений состоял Н.М.Энден, наш дальний родственник, бывший офицер лейб-гвардии 1-й артиллерийской бригады. Брат мой был полон надежд, ехал на фронт и должен был через несколько дней вернуться. Он посоветовал мне подождать немного до приезда Великого Князя Сергея Михайловича, чтоб хлопотать о новом назначении.
Через несколько дней явился и Великий Князь. Но он был уже не тот, каким я видел его, когда посетил его в Михайловской дворце: больной, загнанный преследованиями «Прогрессивного блока», который в те дни обрушился на безответственных министров и Великих Князей. Теперь его окружала целая свита любимцев и, когда он появился в зале в походной форме и сапогах на высоких каблуках, то казался титаном среди пигмеев, которых он душил облаками своей колоссальной сигары и которым безапелляционно подносил готовые решения.
Брата моего, с его самостоятельными взглядами на все он, видимо, уже не переносил.
— Ступай переговорить о себе с Барсуковым, — шепнул мне брат на ходу. У него самого, видимо, порвались связи с Великим Князем.
Я знал Барсукова, сейчас он был его правой рукой. Тот принял меня сердечно.
— Первый открывающийся отдельный дивизион будет ваш, — отвечал, он мне. — А покамест отдыхайте!
Свободное копирование
