Колыбель моих первых книг
В Москве, напротив «Детского мира», рядом с легендарной Лубянкой и упокоенному ныне памятнику Феликсу Дзержинскому, в Малом Черкасском переулке, в доме под номером один находилось издательство «Детская литература». Сейчас это издательство надо искать где-то возле метро «Аэропорт». Широкая каменная лестница, слева, кажется, созданные на века два лифта с крепкими решетками перед входом в подъемник. Медленно и солидно везет лифт мимо этажей в этом старинном доме. А мне на третий. Длинный коридор.
Справа по коридору путь к «Дошколятам». Если пройти еще чуть подальше, попадешь в младший школьный возраст. А в конце коридора окажешься в гостях у «старших». Но я открываю дверь только в дошкольную редакцию. Могла бы познакомиться, завязать практические деловые взаимоотношения с редакцией младшего школьного возраста, тем более что для них пишу. Но, как и в газете «Калининская правда», срабатывает мой характер — не напрягать других. Этот генный однолюб не пускал меня и в издательство «Малыш». Но «малыши» меня потом нашли. Все повторялось, как и с журналами! Печаталась в «Мурзилке», но не в «Веселых картинках». Журнал «Веселые картинки» меня нашел, и я со стихами оказалась на его страницах. Вот и в прошлый мой приезд художественный редактор O.K. Кондакова сама заходила к Леокадии познакомиться со мной. Это не гордыня и не робость. Это мои противные генетические установки.
В большой угловой комнате с высокими потолками за рабочими столами рядышком, но на расстоянии, столы заведующей редакцией и столы редакторов. Энергетика в помещении чистая и от старинных стен, и от людей, здесь работающих.
Я давно заметила, что редакторы детских издательств очень отличаются от тех, кто работает не с детской литературой. Я не знаю, как это объяснить, но это факт. Они улыбчивы, доброжелательны, по-детски открыты. Может быть, это от чтения детских стихов и прозы, или от писателей, создающих положительную энергию при написании. Когда я появлялась в редакции, все оживлялись, откладывали карандаши и кто-нибудь говорил:
— Гайда приехала! Кто идет на кухню чайник ставить?
На маленьком журнальном столике всегда было что-то для маленького пира. Здесь меня часто с дороги кормили, рассказывали о своих трудностях, зная, что мне можно доверять. Когда уезжала, выговаривали:
— Вы только не пропадайте!
Они, наверное, от назойливых посетителей уставали, а у меня была такая особенность: я не считала литературу главным своим делом.
В издательстве познакомилась, хотя приезжала не часто, с Валентином Дмитриевичем Берестовым — мягким, добрым человеком, с Ириной Петровной Токмаковой — высокомерной важной дамой, с милой, немножечко странной Эммой Мошковской, с Эдуардом Успенским, вечно куда-то спешащим и опаздывающим, с Яковом Акимом, довольно-таки не раскрывающимся при разговоре человеком. Стихи этого поэта близки мне по духу, и однажды я сказала:
— В «Детлите» работает Яков Аким, я тоже хочу быть поэтом таким!
В издательстве произошло знакомство с художником Львом Токмаковым, с «детлитовским» художником Д. Хайкиным, оформлявшим мои книги.
Когда писатели интересовались, кем я работаю, я, смеясь, отвечала:
— В ООНе, но с дробью один.
— И чем вы там занимаетесь, в этом ООНе?
Отвечала:
— Готовлю парашютистов!
Но мои редакторы знали, что шучу, что преподаю химию и биологию в школе учреждения, где находятся люди, лишенные прав по суду. Среди авторов у них не было ни одного работающего, тем более учителя, да еще и не литератора. А потому, как признавались потом, обнаружив во мне «искру божью», выращивали из меня детского поэта. Мое литературное образование закончилось вместе с поступлением сначала в техникум, а затем в институт на естфак. Но оказалось, это было даже замечательно. Не зная литературы, начиненная формулами, уравнениями, химической, медицинской, промышленной терминологией, я часто изобретала велосипед, то есть повторяла известное в литературе, но зато в своем творчестве не была похожа ни на кого из писателей, имела свой почерк и свой голос. И, как отметила в своей дипломной работе «Жанрово-стилевое своеобразие детской поэзии Гайды Лагздынь» (руководитель доцент Бойников Александр Михайлович) выпускница филфака Тверского государственного университета Анна Крылова при защите диплома, «автор освоила все жанры детской литературы и создала несколько новых направлений».
А я и не думала осваивать и создавать что-то новое! Как и быть писателем. Так случайно получилось.
Количество издаваемых книг, как я уже писала, увеличивалось, как и количество статей. Статьи журналистов и писателей разные, но в чем-то схожие. Я думаю, оттого, что они были о книгах одного автора.
Свободное копирование
