Взгляд изнутри - 278

 Сергей Николаевич Витковский, да и вся семья (двое детей и мама Сергея) болезненно переживал снятие его с должности директора ЦРУ, считая этот шаг вопиющей несправедливостью по отношению к нему. Он стал несколько больше нормы прикладываться к "бутылке". Анна управлялась, работая и с ведением домашнего хозяйства, готовила вкусную еду и мы собирались за ужином, обсуждали и служебные и бытовые дела и обстоятельства. После отхода Анны и детей ко сну, Сергей приходил ко мне на веранду и мы "принимая по капле" водочку или коньяк, слушали Высоцкого в записи, рассуждали о возможных вариантах дальнейшей работы и жизни. Я на воскресные дни чаще уезжал в Советабад к Юле, которой было не очень весело в одиночестве. В будни я звонил ей по телефону по вечерам, но откровенного разговора вести нельзя было - подслушивали телефонистки.

 Дом Витковских был третьим в ряду за домом, который занимала семья Бориса Петровича Рудомёткина, участника и инвалида ВОВ (не было одной ноги), бывшего до 1965 года начальником ОРСа Комбината, перешедшего работать в Навоийское Управление строительства (НУС). Рано утром Борис Петрович поливал из шланга свой приусадебный участок и обязательно громко пел один и тот же мотив. Он очень здорово управлялся со многими физическими делами на протезе, заменявшем ногу от бедра, даже водил собственный автомобиль. Первый в ряду дом занимал главный механик Комбината Борис Исаакович Шварцман со своей многочисленной семьёй. Четвёртый дом занимала семья уже известного читателю Николая Михайловича Дворяжкина, трудившегося на Навоийской ГРЭС, переданной в эксплуатацию Минэнерго УзССР, начальником цеха. Николай Михайлович, к сожалению, уже страдал к этому времени болезнью алкогольных запоев. Далее в ряду уже точно не помню в каком порядке шли дома, занимаемые семьями Фёдора Михайловича Капитанова, затем Антона Петровича Щепеткова, затем Зараба Петросовича Зарапетяна и т.д.

 Стало известно, что семья З.П. Зарапетяна, вернее оставшаяся здесь Клавдия Михайловна, укладывает вещи для переезда в Москву. В воскресный день, когда я по каким то причинам не уехал в Советабад, решил зайти к Клавдии Михайловне и предложить помощь в укладке и увязке вещей и оказался весьма кстати, такая помощь понадобилась. Не очень оказывали помощь официальные службы, лишь Михаил Иванович Ким по собственной инициативе присылал иногда на помощь пару другую рабочих. Занимаясь делом, вышёл во двор на крыльцо покурить. В это время в своём дворе оказалась супруга А.П. Щепеткова Вера (в девичье Мячина - моя однокашница по институту), увидавшая меня и, вдруг обратившаяся ко мне:

 - "Лёня, рыжий, ты куда лезешь?!" - Я не стал ей отвечать, но понял какие разговоры велись в семье Щепетковых и их отношение к семье Зарапетянов.

 Вскоре Клавдия Михайловна отправила багаж и сама отбыла в Москву.