Взгляд изнутри - 202

 После окончания учебного года ко мне приехала Юлия с Виктором. В это время к Аганову тоже приехала его супруга Неля с двумя сыновьями (моложе наших - Аганов женился значительно позже меня) и наши семьи познакомились ближе и на всю жизнь. Виктор даже оставался в семье Агановых под наблюдением Нели, когда Юлия уезжала в Ташкент для помощи родителям в сборах на отъезд в Ярославль. С приездом Нели и мне стало легче, она (Неля) подкармливала Альберта и меня всякими вкусными блюдами армянской кухни.

 Приближался август месяц. В этом месяце вся Страна отмечала два профессиональных праздника : "День Строителя" - во второе воскресенье, "День Шахтёра" - в последнее воскресенье. И тот и другой праздник имели прямое отношение к нашему коллективу и началась подготовка к этим праздникам. Были определены докладчики на торжественных собраниях, готовились приказы по Предприятию с поощрением лучших трудящихся в виде благодарностей, Почётных грамот, денежных премий. При клубе уже был определённый актив, в основном из молодёжи, готовивших художественную самодеятельность. Я ещё нигде не говорил, что в те времена в СССР днём отдыха были только воскресенья, т.е один день в неделю, поэтому, как правило, торжественные собрания по поводу таких праздников проводились накануне, по субботам. Второе воскресенье августа попадало на 12.08.66.

 Торжественное собрание началось в субботу, 11-го августа, в 20 часов. Зал клуба был переполнен. Небольшой доклад о "Дне строителя" сделал начальник СМУ В.М. Пичужкин, затем нач. ОК (не помню фамилию) огласил приказ директора Предприятия и под горячие аплодисменты мною были вручены Почётные грамоты и денежные премии передовикам, а после небольшого перерыва начался концерт художественной самодеятельности. Я сидел где то во втором ряду, рядом сидели сотрудники Управления. В какой то момент в зал зашёл Дубко и, пробравшись между рядами, сообщил мне "на ухо", что на одной из улиц у рабочего общежития кто то стреляет из ружья и уже ранил проходящую женщину с ребёнком. По уже сложившейся традиции (помните как было в Уч-Кудуке) я считался Главой добровольной дружины по поддержанию общественного порядка, в которой принимали участие и большинство управленцев Предприятия. В это время, время фактического становления коллектива, когда ещё и не было ни отделения милиции, ни других правоохранительных органов, а посёлок обслуживал лишь один сотрудник Навоийского отделения спецмилиции, роль добровольной дружины особенно была важна. Я, стараясь как можно меньше мешать окружающим смотреть концерт, выбрался из зала и отправился по тёмным улицам к указанному общежитию. За мной пошли и Дубко и услышавший о происходящем Юрий Чурбанов, а за ними ещё кто то. Я опередил идущих за мной шагов на 10 и при подходе к середины барака-общежития, где от улицы отходила тропинка ко входу в него, мелькнула "молния", раздался взрыв, я почувствовал удар и сильную боль в затылке. Мгновение и потерял сознание.

Очнулся я уже в машине, в которой меня везли в г.Самарканд. Сопровождали меня врач и кто-то из сотрудников, знающий географию Самарканда. Боль в голове была сильнейшей. В какую больницу в Самарканде меня поместили, я не знаю до сих пор и всё время моего пребывания в ней помню смутно, очевидно, из-за того, что у меня было сильное сотрясение мозга. Лежал я в большой больничной палате коек на 10, голова вся забинтована, только правый глаз мог смотреть на внешний мир. В понедельник меня посетил Зараб Петросович Зарапетян в сопровождении медика из Навои, вместе с ним был и местный профессор-глазник Юнусов. Зараб Петросович вместе с вопросом о моём самочувствии, расспросил меня где Юлия, успокоил меня в плане того, что принимаются все необходимые меры и что всё будет в порядке.

Прошло несколько дней и ко мне пришли несколько сотрудников Комбината и Предприятия и сообщили, что меня направляют в Москву на лечение. От них я, наконец, узнал о произошедшем событии, в котором я пострадал. Один из молодых специалистов, техник-буровик (не уверен, но кажется по фамилии Чиженко), работая на бурении скважин на площадке рудника N 1, сумел собрать оставшиеся не взорванными остатки ВВ при производстве взрывных работ по планировке площадки, сохранил их и после изрядной выпивки вечером 11-го августа решил производить "фейерверк" в честь "Дня строителя". Он выходил из общежития, укладывал какое-то количество ВВ, электродетонатор и по протянутым проводам через окно концы вставлял в электророзетку - происходил взрыв. Одним из таких взрывов была оглушена проходящая с ребёнком женщина (очевидно на достаточно большом расстоянии), а последним взрывом был травмирован я, но уже с близкого от заряда расстояния.

Кроме сотрясения мозга у меня оказался травмированным левый глаз - проникающее ранение осколками породы. Состояние глаза было таким, что профессор Юнусов принял решение глаз удалить после того, как улучшится у меня состояние, связанное с сотрясением мозга. Свои соображения Юнусов изложил Зарапетяну. Последний же с этим не согласился и принял решение отправить меня на лечение в Москву. В сопровождении медицинской сестры из Медсанотдела и ст. инженера горного отдела Комбината Юрия Ефремова меня на машине "скорой помощи" отвезли в аэропорт Самарканда к рейсу на Москву, на носилках поместили в салон.