Взгляд изнутри - 170

 А как же проходила личная жизнь в эти, более трёх лет, годы в Уч-Кудуке. Думаю, что те, кто хоть какое то время проработал на новостройках, в глубинке на, как говорили тогда, ответственных производственных должностях знал, что личная жизнь в таких случаях - дело второстепенное, подчинённое главному - производству. Это не значило, что дела семейные совершенно игнорировались. Юлия тоже не работала от сих до сих. Ей тоже приходилось бывать на работе и по вечерам, а при авариях в элетросистеме и более. Детей мы привезли в Уч-Кудук летом 1963 года. К этому времени мы поменяли двухкомнатную квартиру на трёхкомнатную, которая освободилась в связи с отъездом семьи бывшего Зама Директора по общим вопросам Ефима Петровича Филоненко, который перевёлся на другое Предприятие Минсредмаша. С Е. Филоненко мы были знакомы по работе на Предприятии 22, ЛГХК, где он трудился в Управлении строительства. После Филоненко должность Зама по общим вопросам занял Л.И. Тимошенко. Трёхкомнатная квартира в коттедже была в 3 микрорайоне, в ней сделали косметический ремонт. Времени на переезд всё не хватало. Наконец я попросил своих товарищей, с которыми отношения сложились по дружески на почве соседства, просто симпатии В. Хихлича, Л. Лунёва, ещё кого то и поздно вечером прошла передислокация всего имущества. С усталости, не расставляя мебель по местам, улеглись спать. И вдруг просыпаюсь от яркого света, вижу неимоверную картину - Юлия в слезах стоит среди комнаты, а весь потолок, стены, простыни на кровати и раскладушке кишат от миллионов клопов, всё краснеет! Мы быстро, забрав раскладушки, вернулись на прежнюю квартиру, где уже прокоротали остаток ночи и утром отправились на работу. Нач. ЖКО получил от меня "благодарность" и просьбу заняться ликвидацией колонии клопов. Это оказалось не простым делом и заняло несколько дней. Говорили, что во время строительства ЗК специально приносили клопов в строящиеся квартиры в спичечных коробках для потехи над "вольными".

 Переезд окончательно состоялся, детей привезла Юля и зажили семьёй. Сыновья пошли в сентябре в школу. Это была уже школа N 2 на 536 учащихся, где директором стала Дарья Николаевна Соловьёва, супруга Л.И. Тимошенко. Это была вторая его жена, а он был у неё вторым супругом. Совместных детей у них не было, а от первого брака (муж скончался) у неё было двое детей - дочь и сын. Это была довольно крупная и круглолицая, темно-русая, с красивым голосовым тембром и лёгким акцентом, присущим людям казацкого сословия, а она и была таковой, женщина, привлекающая внимание. Она была школьным педагогом и в Ессентуках, где и проживали её дети с матерью покойного супруга в собственном доме. Дарья Николаевна хорошо вела уроки русского языка и литературы, проявила организаторские способности и заслуженно была выдвинута на директорскую должность. Дети учились хорошо и на их долю тоже досталось "хлебнуть" Уч-Кудукского порядка жизни. Они очень помогали нам, в первую очередь маме вести "хозяйство", а это значило узнать что есть, когда привезут в магазин те или иные продукты, занять очередь и не прозевать её, принести домой и подготовить к употреблению, о чём получали "ЦУ" по телефону от мамы, провести уборку в квартире. Со временем заканчивалось строительство здания "Музыкальной школы", проект которой был выполнен по личной просьбе А.А. Петрова, а музыкальные уроки уже шли в здании обычной школы. Дети продолжили начатые еще в Янгиабаде уроки по музыке, а мы приобрели пианино очень не плохой и довольно красивый инструмент немецкого производства. Бывали и "праздники" у них (детей), правда редкие, имею ввиду не Государственные, а наши семейные - это выезды на природу, за пределы "Посёлка... " и производств. Помню, как в один из майских воскресных дней 1964 года, года со сверхнормальными осадками мы всей семьёй на ГАЗ-69 выехали на северо-восток от городка километров на 15-20. Пустыня вся в зелени, не назовёшь "пустыней" - разнотравье, мелкие цветущие тоже мелкими цветами кустики, торчащие ввысь стебли "пустынной капусты" (так это называли дети) почти в рост мальчишек, даже благоуханье. Среди зелени много грибов, да-да, грибов, называемых "степной белый гриб" и до очень крупных размеров. Дети "воевали с буржуинами", сбивая верхушки "капусты", мы охотились за грибами. Вот кто то из нас увидал передвигающуюся черепаху-маму, вслед за которой одна за другой строго в "кильватер" "шагали" семь маленьких-маленьких черепашек. Картина - глаз не оторвёшь! До умиления, до слёз. Мы все наблюдали их не трогая не менее получаса. Очень хорошо и приятно провели выходной день. По приезду промыли и разобрали грибы, из которых Юлия приготовила вкусные яства.

 По случаю праздников, или дней рождения, собирались компанией, чаще это было почему то в семье Петровых. Постоянной частью компании были семьи Тимошенко, наша, Розенко, ставшего Председателем МК профсоюза Предприятия, и В.С. Пасынкова, ставшего начальником ОРС'а Предприятия в конце 1962 года, после Каминского, который был уволен после какого то скандала, связанного со значительной потерей заготовленного на зиму картофеля, но оказавшегося подмороженным. К компании присоединялись в каждом случая приглашаемые те, или другие сослуживцы с семьями или без. Застолья были обильными, выпивали по многу, тосты и прочее. Через какое то время женская "половина" общества в своём кружке обсуждала свои проблемы, а мужская продолжала "производственные" темы. Замечу, что окружавшие меня товарищи-друзья Петров, Тимошенко, Черников, Розенко были довольно крупными людьми с весом за 100 кг, а во мне было не более 65 кг. И картина, как правило, проходила по одному и тому же сценарию в праздники, или когда компания возникала поздно вечером, после трудового дня: наливались большие фужеры (стаканы) водки, чаще коньяка, выпивались одним дыханием, затем по второму, поговорили, закусили, налили по третьему. Доходило до четвёртого. Я переворачивал свою ёмкость вверх дном и говорил: "На килограмм живого веса я уже обогнал Вас, больше не буду!". Конечно, следовали просьбы выпить, но не настаивали. Юлия, конечно, высказывала дома иногда мне "фе" по поводу чрезмерной, с её точки зрения, выпивки, но не очень настоятельно, потому что я не перепивал, чувствовал себя в норме и вёл себя соответственно.