Взгляд изнутри - 152

 Следует рассказать, что наш городской прокурор грозил привлечь меня к уголовной ответственности за нарушения "Правил. хранения и сохранения важного Государственного оборудования...", в соответствии со статьям такими-то и такими-то Уголовного Кодекса и такие можно было пришить мне. Мне уже до этого пришлось неоднократно вести очень неприятные беседы с горпрокурором (стараюсь, но никак не могу вспомнить его фамилию, а звали его Вячеслав) по поводу того, что я давал разрешения, а иногда и прямое указание использовать хранящиеся на складах монтажной площадки новые электродвигатели главного привода экскаватора ЭКГ-4 для установки их вместо "сгоревших", вышедших из строя таких же на действующем в карьере экскаваторе. Таким образом я предотвращал многодневный простой высокопроизводительного оборудования и большой комплексной бригады. А такая бригада уже работала на уровне 100-110 тыс. м3 грунта в месяц. Выход же очередного экскаватора из монтажа не задерживался, так как на нём монтировался такой же двигатель очередного экскаватора, или возвращённый из ремонта на РМЗ отправленный нами двигатель. Были "стукачи", которые докладывали о моих подобных командах прокурору, а для него, бюрократа, мои действия подходили под статью "разукомплектование" ценного оборудования, наносящее ущерб?! Он очень пытался меня на чём то "зацепить", что бы поднять свою значимость. Такие "подвиги" со стороны работников, так называемых "правоохранительных органов" были "модны" в Советской действительности и с ними мне пришлось столковаться и впредь. Меня Слава (Вячеслав) очень удивлял. Я с ним неоднократно встречался в доме Анатолия Анатолиевича, куда он, Вячеслав, был вхож, проводил у них много раз вечера, выходные дни. Правда, я видел как Анатолий Анатолиевич относится к нему, весьма снисходительно, с юморком. Вячеслав был высокого роста, прыщеватый, ещё молодой человек, со странным произношением (как бы детским) некоторых букв, быстро пьянел от относительно малых доз. Последнее особенно приводило А.А. в умиление. Прокурор был полностью подавлен авторитетом и волей А.А. Мне казалось, что он (прокурор) просто ревнует меня за хорошее ко мне расположение А.А. Петрова, сложившееся по мере нашей совместной работы. А иногда мне казалось, что прокурор по просьбе А.А. испытывает меня, поддамся ли страху прокурорских придирок. Но это я анализировал потом, а тогда я просто старался как можно больше принимать мер для ускорения работ по монтажу действительно дорогостоящего оборудования и продолжал разрешать, в отдельных случаях, использовать отдельные агрегаты, хранящиеся на "складах" во избежание крупных простоев тоже дорогостоящего и высокопроизводительного оборудования на карьерах. Прокурорские придирки не изменили моего подхода к этим вопросам. Дело в том, что двигатели выходили из строя главным образом из-за очень тяжёлых режимов работы для них - неимоверная запылённость и высокие температуры в летний период. О кондиционерах мы в те времена и не мечтали. Электродвигатели не выдерживали, а люди выдерживали - в кабинах экскаваторов температуры доходили до 45-50RС. Это тоже была одна из проблем, над решением которой работали и рационализаторы Предприятия и наука Института.

 При мне же вышел из монтажа и был отправлен на карьер N 5 третий по счёту ЭКГ-4 с бригадой, во главе которой был А.В. Яковлев, очень опытный машинист. И действительно эта бригада установила рекорд в 1963 году, разработав более 1,5 миллионов м3 горной массы при проектной производительности 1,1 миллиона м3.