Взгляд изнутри - 123

На следующее утро явились в здание Министерства Среднего Машиностроения, находившегося в двенадцатиэтажном, громадном здании по улице "Большая Ордынка". После предъявления в бюро пропусков соответствующих документов, в том числе справки о форме допуска к секретным документам, мы прошли через часового в гражданской форме, поднялись на 5-ый этаж, где нас принял Начальник отдела кадров Первого Главного Управления, причём, по одному. После выхода от него, мы обменялись с Соколовым М. информацией и поняли, что нас вызвали по одному и тому же вопросу - предложили в порядке перевода ехать на работу во вновь организованный Комбинат - Предприятие П/Я N 3 - в качестве Главного инженера Предприятия П/Я 11 находящегося в Центральных Кызылкумах, посёлке УЧ-КУДУК. Я, кажется, уже упоминал, что в результате интенсивных поисковых и геолого-разведочных работ, проводимых Первым Главным Управлением Министерства Геологии СССР во многих регионах Страны, было открыто, разведано, утверждены запасы и передано Минсредмашу крупнейшее по тем временам Уч-Кудукское месторождение урана, на базе которого был создан новый Комбинат в конце 1958 года и Директором его был назначен Зарапетян Зураб Петросович. Мы не знали масштабов этого месторождения, но знали где оно находится и какие климатические условия там. Знали мы, что и горно-техническая условия, для освоения и разработки этого месторождения, тоже очень сложные, совершенно отличающиеся от условий месторождений, разрабатываемых нашим Предприятием. Ну, а что бытовые условия на вновь строящемся Предприятии неимоверно отличаются от тех, что мы имели уже в нашем городке "Коммунистического труда и быта", нам рассказывать не надо было, потому, что я уже имел опыт участия в строительстве двух новых предприятий и городов. Оказалось, что и я, и Соколов М. отказались от предлагаемой должности.

В последующие три дня нас в разное время и индивидуально принимали Главный инженер Главка Десятников Д.Т., Зам. Начальника Главка Богатов В.Н., с которым я был знаком по встречам на Семипалатинском Полигоне и который пытался уговорить меня принять добровольно новую должность, обращаясь ко мне, как то по отечески, раскрывая передо мною большую перспективу на будущее, подчёркивая на оказываемое мне большое доверие Руководства Министерства и т.п. Но, я отказывался, по главному мотиву - сердечного заболевания супруги и необходимости воспитывать ей, в основном, двух малых детей. На четвёртый день мне главный кадровик заявил:

 - "В бой вступает тяжёлая артиллерия!" - и пригласил меня на приём к Начальнику Главного Управления. А это был, как я ранее уже писал, Герой Социалистического Труда Карпов Н.Б. Кабинеты Начальника и Главного инженера Главного Управления, как и помещения основных производственных отделов Главка, размещались на шестом этаже здания. В приёмной секретарь просила подождать и вошла в кабинет Карпова Н.Б. Через несколько минут вышла и пригласила меня и кадровика войти в кабинет. За большим, тяжелого стиля деревянным столом, находящемся в левой стороне, сидел в большом же, с высокой спинкой кожаном кресле, круглоголовый, со следом выбритых остатков волос, круглолицый, полноватый, небольшого роста человек, небольшие глаза которого с некоторым озорством смотрели на меня, входящего в кабинет. Он пригласил нас сесть на стоявшие по другую сторону стола два, тоже тяжёлых, деревянных с высокими спинками, стулья. Справа, у стенки стоял большой, чёрной кожи диван, тоже с высокой спинкой, украшенной резьбой по верхней, деревянной части и с застеклёнными фонарями по краям. За ним какое то количество таких же стульев. Кабинет, хотя и не малый по площади, производил впечатление перегруженности старой мебелью, давил на посетителя, казалось что там не хватает воздуха. Причём, такое впечатление этот кабинет производил на меня всякий раз, когда я в нём был, а бывал я в нём, в дальнейшей моей работе, много-много раз.

Николай Борисович начал разговор издалека, расспросил о здоровье, настроении и т.п. Затем перешёл к делу и рассказал о большом и интересном деле по освоению уникальнейшего по размерам, горно-техническим условиям месторождения урана в Центральных Кызылкумах, на котором предстоит построить 25 рудников. Отработка их предусматривается как подземным, так и открытым способами. Что касается семей, то, в связи с тяжёлыми климатическими условиями на месте, проектом принято решение о постоянном их проживании в городе Навои, где строится жильё, учебные заведения и вся необходимая инфраструктура в отдельном квартале. Ты (т.е. я), как и другие ИТР Уч-Кудука, на выходной, воскресный день будешь прилетать на самолёте. Он сослался на мой большой опыт работы на угольных месторождениях, что я закончил институт по специальности "разработка пластовых (угольных) месторождений", а Уч-Кудукское месторождение пластообразное, поэтому нужны именно такие специалисты, как я. Понятно стало, что Н.Б. готовился ко встрече со мной, изучил мой послужной список. Несмотря на мои возражения, Карпов Н.Б. выразил пожелания мне успехов и сказал, что я не осмелюсь не выполнить приказа, который он подпишет. Мы на этом расстались. Я понял, что выбор пал на меня и что от Соколова М.Н. отстали.

 Дела командировочные были закончены. Мы отправились на второй этаж в канцелярию Министерства, чтобы отметить в командировочных удостоверениях даты "прибытия" и "отбытия". Сотрудница, увидав отметки о нашем проживании в гостинице "Советская", сделала удивлённые глаза и немедленно позвонила в "режимный отдел", куда нас тут же пригласили пройти. Нас принял Главный "режимщик", генерал, который не менее получаса читал нам нравоучения о нашей беспечности и нарушении положений такого-то приказа и такой-то инструкции, запрещающей проживание в гостиницах и посещение ресторанов, где могут быть иностранцы. Заставил нас расписаться в этих документах, где в приложениях перечислялись наименования таких гостиниц и ресторанов в Москве. Наши доводы о том, что мы ранее этого не знали (что было правдой) и что нас в Министерской гостинице местами не обеспечили, его никак не устроили. Он, всё же, распорядился отметить наши командировки и никаких дальнейших санкций на нас не накладывали.