Постскриптум - 98

Мой XX век мне ничем не досадил. Мне вообще трудно досадить, я всегда всем доволен искренне. Даже когда сидел в лагере, не притворялся, что стоически переношу жизненные испытания, а на самом деле страдал. Я всегда принимая и принимаю жизнь как праздник. Не стремлюсь что-то в ней сломать или кардинально переделать, принимаю ее такой, какая она у меня получается. И она получается всегда хорошей. У меня такое ощущение.

Нет плохого и нет хорошего времени, есть время, в котором мы живем, и в этом отведенной нам времени надо жить «на полную катушку». Только полнота жизни заключается не в набивании карманов и желудка, а в том, чтобы жить достойно.

Не дай Бог, если кто-то все-таки расценит мои слова как послание к потомкам. Никаких посланий писать не собираюсь, а то потомки лет через пятьдесят прочтут и скажут: «Ну и нагородил!» Но они все-таки должны помнить, что мощь человека растет с каждым годом, в особенности в последнее столетие, и если раньше кто-то мог «насолить» только своей семье, деревне, городу, наконец, стране, то сейчас один человек может, в принципе, уничтожить весь мир. Я не говорю, что такой человек сегодня есть. Важно, чтобы он не появился. Ведь с каменного века в человеческом мозгу ничего не изменилось, и теперь получается страшный раздрай: людям с интеллектом каменного века дают в руки невероятную энергию. Наверняка один из них что-нибудь учинит, просто в силу своей дурости.

Поэтому я далеко не уверен, что человечество вообще сохранится еще сто лет. Оно упрямо идет к той грани, где возможность самоуничтожения становится реальной и вероятна даже по ошибке. И я не очень верю в то, что человечество еще может спохватиться и отыграть назад. Потому что человечество — это множество людей, а у множества людей есть «выбросы» и вверх, и вниз. Люди все глубже и глубже изучают природу разрушения, ставят все больше физических опытов, и я сейчас скажу глупость, с точки зрения современной физики, но я скажу ее, чтобы было понятно: представьте себе, что физики в процессе экспериментов сделали шаг, после которого стала гореть вся материя. И сгорела Земля, сгорели люди — сгорело все! Дорасщеплялись… У меня даже возникла некая гипотеза-гротеск по этому поводу: мы наблюдаем сейчас, как во Вселенной вспыхивают новые звезды — это как раз те цивилизации, которые дошли до похожего на наш уровня развитая. Там тоже появились «умники», желающие все испробовать — ведь процесс познания неостановим, «умники» ковыряли, ковыряют и будут ковырять. «Мы сделали это, давайте теперь сделаем это». — «А если попробовать так?» — «Не делай, может случиться черт-те что!» — «Да ничего страшного не будет, я же знаю…»— тык, бум — и все! Кончилась планета…

А где-то в нашей Галактике мечтательно скажут: «Вон вспыхнула новая звезда»…

1998–1999, Москва