От автора

Сигрид Унсет.

Возвращение в будущее.

* * *

ЭТА книга была написана в США в течение лета и осени 1941 года, в то время, когда американцы, включая даже выходцев из Норвегии, имели в значительной степени искаженное представление о том, что происходило в нашей стране в момент, когда весной 1940 года она подверглась немецкому нападению и была оккупирована. И виной тому оказались сообщения некоторых американских корреспондентов; в первую очередь это относится к мистеру Леланду Стоу, который находился в Осло 9 апреля и представил события так, будто одна половина норвежцев была подкуплена немцами, в то время как остальные ликовали, думая только о том, чтобы им не мешали заниматься своим делом, и с радостью наблюдали за происходящим вокруг.

Миссис Борден Гарриман, [1] в частности, рассказала мне, что мистер Стоу, который не знает ни слова по-норвежски, в тот самый день прогулялся по городу, заглянул в Гранд-кафе, а все остальное время провел в подвале американской миссии. Мы, — те норвежцы, которые оказались в США и имели возможность свободно писать обо всем, читать лекции, выступать по радио, — все мы рассказывали о том, что нам довелось пережить во время немецкого вторжения. Позднее американцы смогли узнать и от других, что норвежцы и не думали покорно склониться перед лицом превосходящих сил и что их вклад в борьбу с немцами на море, в воздухе и в движении Сопротивления был огромен, если учесть, что все-то население Норвегии составляет примерно 3 миллиона человек.

Рассказанное мною о России связано с моими впечатлениями от путешествия через Россию летом 1940 года. В то время Россия официально еще оставалась союзником Германии, хотя уже многие предчувствовали, что это временный альянс и что рано или поздно между двумя сверхдержавами произойдет разрыв. В какой степени русское правительство готовилось к отражению немецкой агрессии, было мало кому известно, по крайней мере, к счастью, об этом не знали немцы. На меня, приехавшую с Запада, удручающее впечатление произвели пустые магазины, нехватка таких необходимых вещей, как обувь и мыло, полная и повсеместная запущенность домов и улиц. Я видела толпы людей, перемещающихся по огромным пространствам этой страны, людей, которые были вынуждены подолгу сидеть и ждать поездов на всех железнодорожных станциях, где мне доводилось проезжать. Это весьма напоминало картину жизни тех стран, в которых немецкая оккупация уже стала реальностью. У того, кто не видел ничего хуже лондонских и парижских трущоб, а также индустриальных городов в долине реки Тайн [2] в период депрессии, эти впечатления не могли не оставить тяжкого следа в душе.

Лиллехаммер, ноябрь 1945

Сигрид Унсет