Калмыцкие Мысы - 13

Подходит Рождество. Это значит: яркие праздники, а там и святки, 2 недели радостного веселого времяпровождения. В школе будет елка! Я увижу елку первый раз в жизни. И у нас в доме поставят елку! Леле и мне шьют праздничные платья. Дядя из Барнаула привез мне новые ботинки. Сшили нам платья. Чудо! Розовые платья с бордюром. Помню из этой же материи широкие пояса с бантом над пышной юбочкой. Полосы мы отрастили. У меня слегка вьются, но в ленты еще не забираются. Поэтому купили нам узкие гребешки, охватывающие половину головы. С ними уже можно соорудить из наших коротких волос маломальскую "прическу". Мы разучиваем к елке стихи и репетируем танцы, все это под руководством милой Нины. Я учу стихотворение:

В школе шумно раздаются

Беготня и смех детей:

Знать, они не для ученья

Собрались сегодня в ней.

Нет, рождественская елка

В ней сегодня зажжена,

Пестротой своей нарядной

Деток радует она.

Детский взор игрушки манят:

Вот лошадка, вот волчок,

Вот железная дорога,

Вот охотничий рожок.

А фонарики! А звезды!

Все алмазами горят.

А орехи золотые,

А прозрачный виноград!

Наконец, сочельник. Торжественный вечер. Мы целый день постимся, а первой звездой едим кутью, т.е. вареный сладкий рис с изюмом. В доме блеск, в гостиной стоит елка. Я ее вижу впервые. Ведь в Мыюте елки не устраивали. Я в восторге от елочных украшений. Особенно мне нравились картонажные игрушки. Серебряные собачки, золотые курочки, козочки, верблюды и другие. И особенно красива была серебряная мишура. У стены в гостиной приготовили закусочный стол. Чего там нет! И гуси жареные, и поросенок, а новое для меня неизвестное - это голландский сыр (красная головка) и сардины. Сардины мне очень понравились, а сыр показался невкусным, как мыло. На кухне приготовлены традиционные рождественские сырчики. Это шарики из сладкого творога, и они заморожены. Очень мы их любили и грызли, но у многих от простуды болело горло. Рождеству предшествовали филипповки, т.е. четырехнедельный рождественский пост. Поэтому очень рады были молоку, яйцам, мясным блюдам. Все это делало праздник ярким, запоминающимся, радостным.

Утром мы с Лелей проснулись рано. На кухне уж слышно славят Христа. Это ребятишки, ввалившись гурьбой, поют:

Рождество твое, Христе Боже наш,

Воссия миру и свет разума... и т.д.

Напившись праздничного чаю, собрались пойти славить и мы с Лелькой. До этого мы все спевались и славить - петь научились даже красиво. Я первым голосом, Леля вторым.

И вот мы пошли сначала к нашим соседям Зайцевым. Пришли на кухню и спросили: "Можно Христа прославить?". - "Славьте" - ответила нам кухарка. И мы с Лелькой запели. Когда кончили петь, открывается дверь из комнаты и выходит... Вешка! Подал он нам по гривеннику, а мы с Ольгой готовы были провалиться сквозь землю, так нам было стыдно. Мы ведь думали, что мальчики еще не приехали из Барнаула на каникулы. А они приехали с сестрой Ольгой вечером накануне.

Выскочили мы от Зайцевых, но решили продолжать славить. Обошли всех знакомых, везде нас хвалили за красивое пение и давали нам гривенники и дорогие конфеты. Придя домой уже к обеду, мы подсчитали наши коляды, пришлось на каждую больше рубля и прилично конфет. Таких денег у нас никогда не было. Мы чувствовали себя богачками.