Гнилые соки - 9

9

«Единое, неделимое»

В конце августа на стекольный завод в селе Шибенном пришли 5 рот солдат, назвавшихся петлюровцами. По дороге они встретили еврея, заводского рабочего Акиву Голуба.

Накинули ему на шею веревку.

Привязали к возу и потащили на завод.

Их встретил мальчик, сын Голуба, и стал умолять их:

— Пощадите отца.

Но они, не внимая мольбам его, увели Акиву Голуба в сторону, и на глазах сына пристрелили.

Заслышав выстрелы, евреи, бывшие на заводе, начали убегать. В числе убегавших был студент Орадовский.

Его остановили.

— Ты жид!

— Да, — ответил он, — я еврей.

Его застрелили.

Вслед за этим начался грабеж: разбили заводскую кассу, взяли из нее 20.000 рублей, открыли заводскую лавку и забрали на громадную сумму мануфактуры, спичек, табаку. А потом приступили к грабежу еврейских квартир. Забрали все, что имело хоть какую-нибудь ценность. Громоздкие вещи ломали и разбивали.

Стали разыскивать евреев.

Один из рабочих указал, что евреи прячутся в огороде

Открыли по огороду стрельбу пачками.

В одном доме отыскали 3 девиц: 12, 16 и 18 лет. Оказавшую сопротивление 16-летнюю убили. Остальных изнасиловали. Задержали 2 молодых людей, увели с собой и по дороге одного из них убили. По пути застали у трупа убитого Орадовского мать покойного.

Спросили ее:

— Что ты здесь делаешь, жидовка?

Сквозь слезы она едва ответила.

— Это мой единственный сын.

Ее закололи кинжалом.

Судьба второго из арестованных была иная.

Вслед за ним бежала его мать.

Она предлагала конвойным выкуп за сына.

— Я вам дам 30.000... отпустите.

Обещала отдать им свою лошадь. Они согласились.

Взяли деньги и лошадь. Но сына все-таки не выпустили. Собирались увести с собою его дальше. Но тут послышались выстрелы со стороны вокзала и послышались крики!

— Добровольцы... добровольцы.

Петлюровцы пришли в замешательство, а арестованный воспользовался этим.

И убежал.

Бежали и петлюровцы.

Евреи вздохнули с облегчением, в Шибенное вступили передовые части долгожданной добровольческой армии.

Но...

«Грабежи и насилия продолжались тем же темпом», — сообщает шибенская хроника, вырезывали скот, расхищали последнее достояние. Евреи все бросили на произвол судьбы и разбежались.