Включение в разведывательную деятельность - 3

* * *

В апреле 1941 г. я приступил к работе над установлением двусторонней радиосвязи с Центром. Вначале по заранее согласованному плану осваивал прием радиопередач на внутрикомнатную, а затем на внешнюю антенну, но слышимость была неважной. На нашем четырехэтажном доме, окруженном небоскребами, имелась небольшая антенна. Я решил поставить более высокую. Для этой цели отыскал в штате Нью-Джерси склад, где продавались спортивные бамбуковые шесты. Купил четыре штуки. Сам сделал соединительные муфты, оттяжки и с помощью товарищей установил хорошую горизонтальную антенну, подвешенную на высоте шести метров от крыши, слышимость стала прекрасной как в дневное, так и в ночное время. И Москва принимала меня устойчиво. Из Центра стали приходить шифрованные телеграммы. А когда началась война, резидент поручил мне ежедневно слушать последние известия из Москвы и докладывать — ему вкратце содержание передач. По расписанию я выходил на связь два раза в сутки — ночью и днем.

Первоначально предполагалось, что радиостанция резидентуры будет использоваться как резервная. К ней мы будем прибегать только в том случае, если международные коммерческие телеграфные линии откажутся передавать в Москву шифровки. Когда же была налажена устойчивая радиосвязь, ее стали использовать практически ежедневно в целях экономии валюты и для передачи срочных телеграмм. Так продолжалось более полутора лет. Летом 1943 г. местная газета «Джорнэл америкэн» сообщила, что американская контрразведка обнаружила работу радиопередатчика в советском консульстве в Нью-Йорке. В связи с этим по указанию Центра двусторонняя радиосвязь с Москвой была прекращена. Каких-либо действий госдепартамент по сему поводу не предпринял. Наверняка посольство США в Москве тоже имело радиостанцию.

Резидент проверял мою пригодность к работе с важной агентурой почти два года, постепенно поручая мне все более сложные задания. Я много времени уделял работе по прикрытию, налаживанию и поддержанию радиосвязи с Москвой, приобретал полезные знакомства среди американцев и других иностранцев, принимал в городе на конспиративных квартирах агентурные материалы от Семенова, по указанию резидента помогал переводить документы, полученные другими сотрудниками, которые нужно было срочно направить в Центр телеграммой, проводил явки с источниками, привлеченными к сотрудничеству другими оперативными работниками.

И хотя американская контрразведка непрерывно вела работу против советских граждан, в целом для советской разведки во время Второй мировой войны обстановка в США была благоприятной. Среди тех американцев, которые имели доступ к важным военным, политическим, научно-техническим секретам, находилось немало таких, кто по идейным, а порою по моральным соображениям не одобряли политику правящих кругов США и Англии. Они возмущались тем, что советский народ три года в одиночестве вел кровавую битву против общего врага человечества — германского и итальянского фашизма и их союзников. Прогрессивные и честные люди особенно негодовали, когда становились известны факты о том, что США и Англия готовили акции, направленные против Советского Союза и его интересов. Такие американцы по своей инициативе устанавливали контакты с представителями Москвы и сообщали им сведения об антисоветских планах властей.

Однажды в генконсульство в Нью-Йорке пришел бывший полковник царской армии, постоянно проживавший в США. Волнуясь, рассказал, что его сын, служивший в Управлении стратегических служб (УСС), с возмущением поведал ему, что по указанию начальства сотрудники УСС в срочном порядке проводят беседы с русскими и украинскими эмигрантами и собирают информацию о портах на Дальнем Востоке, в северных и южных регионах Советского Союза об имевшихся у них там родственниках и знакомых. Сын полковника также сказал, что американцы готовятся к возможной высадке войск в России, якобы на тот случай, если сопротивление Красной Армии будет сломлено и Восточный фронт развалится. Доживающий на чужбине свой век русский патриот дрожащим, прерывающимся голосом заключил: — Такого вероломства со стороны американцев я не ожидал. Это же готовится удар ножом в спину России. Остерегайтесь американцев!

Я поблагодарил за сообщенные мне важные сведения. В ходе последующей беседы выяснилось, что его сын также очень доброжелательно относится к Советскому Союзу, который в одиночку ведет тяжелейшие сражения с нашим общим врагом. Когда из рассказов я. понял, что сын бывшего полковника работает в Нью-Йорке и может быть источником важной секретной информации, я высказал мысль, что было бы интересно поговорить с ним. Ответ услышал сразу: «Приходите ко мне домой, сын будет очень рад побеседовать с Вами».

Через неделю я вместе с товарищем, сотрудником политического направления разведки, посетили дом «патриота», встретились с его сыном и провели с ним обстоятельную задушевную беседу. В дальнейшем мой коллега стал встречаться с сыном «патриота», получившим псевдоним «Генри», во время ужинов в ресторанах. Скоро «Генри» стал передавать нам важные сведения об объектах УСС в Вашингтоне, Нью-Йорке, о структуре управления, кадрах и разведывательной деятельности.