Одна жизнь - 304

 Ещё одна интересная история. На Красноярском заводе РТИ сменился заместитель главного инженера по технике безопасности, другой пришёл. Тот куда-то - увольняться или его переводили куда-то, не помню - ну, стал другой. И в общем, как-то через какие-то полгода, через какое-то время полез вверх травматизм. А у меня над головой, где я сидел, в главке, был сделан график всех заводов, и на графике красными разноцветными карандашами там, красками указывалось, на каком заводе какая частота несчастных случаев, какой коэффициент тяжести, коэффициент частоты, и так далее, и так далее - кривая за весь год по месяцам... А вторая - за последние десять лет по годам... И вы знаете, директора приезжают по делам в главк и обязательно заходят ко мне и говорят... Да, а однажды один из советов директоров все графики за какой-то год привёз и повесил, когда я там докладывал... и повесил, а на совещаниях главных инженеров по технике безопасности, которые мы каждый год проводили на одном из заводов, ну, * и с директором там проводили - это довольно сложно уже - нужно гостиницу и это всё организовать там - ну, и они организовывали. Я привёз туда и там развесил все эти свои плакаты, мне помогал отдел техники безопасности ВНИКТИРПа... Рязанов Михаил Павлович - мы с ним вместе когда-то работали, он был начальником лаборатории, он * помогал эти графики делать, и, значит, они приходили - и обязательно заглядывали посмотреть, как они выглядят по сравнению с другими заводами. И вот на Красноярском заводе РТИ травматизм резко подрос вверх. Что делать? Я пришёл к Павлову и говорю: "Слушай такая вот история - я хотел бы съездить посмотреть, там новый зам главного". Он говорит: "Пожалуйста, оформляй командировку". Я поехал туда. Ну, первое, с чем я столкнулся - что новый заместитель главного инженера не знает ни инструкций, ни нормативных документов - не знает. Уже полгода работает - и не читал. Ну, у нас с ним был очень такой тяжёлый для него, да и для меня тоже, разговор - он не понимал своей роли. А потом я с Кокоревым, с директором наедине говорю: "Слушай...". А мы с ним на "ты" были, он наш институт тоже кончал, только поздно, в пятьдесят шестом году кончал, я - в пятидесятом; он моложе меня, наверное, лет на десять, потому что не воевал, ничего... Вот, ну мы с ним очень хорошо дружили, он здесь у меня дома бывал, я - там... И я уже рассказывал, как мы даже с ним министра встречали - прямо там, когда я работал в проектном институте, Красноярский завод вёл - мы с ним даже в дружеских, можно сказать, отношениях были. И я ему говорю: "Альберт Анатольевич, давай-ка мы с тобой поговорим без свидетелей?" - "Давай". Он секретарше сказал: "Не пускай пока никого, пока Владимир Давыдович у меня".

 Я ему говорю: "Знаешь, вот такая история... Я тебя прошу: пока ты с Емельяновым", - а Емельянов была фамилия заместителя главного инженера, - "не говори. Я с ним достаточно поговорил - давай подождём. Но я предлагаю тебе следующее: ты каждый день заводишь планёрки, на этих планёрках у тебя вопросов к технике безопасности за прошедшие сутки... были, правда, или не были, были какие-то нарушения или не были - ты вообще этот вопрос не расссматриваешь. Ты рассматриваешь, или в крайнем случае, если что-то случилось, то в хвосте в последнем после всех плановых докладов, как мы будем план за сутки, и прочее-прочее, и ассортимент - ну, тебе Емельянов там докладывает, и то докладывает Емельянов, а не начальник цеха, в котором что-то случилось. Я тебе предлагаю начинать планёрку с вопросов о технике безопасности. Докладывать должны начальники цехов. И в первую очередь - те, у которых что-то произошло. А комментитровать - пусть комментирует Емельянов. Давай попробуем вот такой вариант?" - "Давай".

 И вот буквально несколько месяцев прошло - и травматизм полез вниз. Я приехал на завод вторично... ну, год, наверное, прошёл - и пришёл на планёрку. Сел там в уголке и слушаю, как идёт планёрка. Ну, конечно, он видел, что я пришёл, я первым делом к директору пришёл, но я ему звонил, меня, скажем, в аэропорту встречали, присылали машину... Вот... И он действительно первым делом... Значит, Емельянов встал и доложил в двух словах, что в таком-то цехе ночью произошёл лёгкий несчастный случай. "Всё, садитесь. Начальник цеха?" - Начальник цеха поднимается. - "Так что у вас произошло? Ну-ка, давайте подробно" - "Да Вы знаете, я ещё не успел разобраться...". Хе! Как он на него обрушился: "То есть как ты не разобрался?! У тебя пострадал человек - а ты не разобрался?!" И как понёс его, и как понёс... А мне * стало, думаю: "Ну, Альберт даёт - молодец!" И у них дело пошло на лад. Я потом с Емельяновым, конечно... опять засели вдвоём - и я вижу: во-первых, он инструкции все проштудировал, я просто у него спрашивал, кроме того, он всякие материалы уже, почти все - освоил. То есть дело пошло. И он себя по-другому совершенно поставил с начальниками цехов: он их боялся - а тут они его боятся! Зауважали! То считали, что да, техника безопасности там... Понимаете? И тогда я, вернувшись оттуда, написал приказ всем заводам, ну, что называется, под копирку, то есть я один экземпляр копировал, писал текст: "Директору такого-то завода..." - а фамилию и инициалы не ставил. Писал текст, и отдавал в размножку, мне размножали тридцать экземпляров - я потом вписывал только фамилии от руки...

 И на всех заводах пошло: "на Красноярском заводе проведён такой вот эксперимент, вот, директор завода, на котором резко повысился травматизм, Кокорев, сделал то-то, то-то, стал планёрки проводить, начиная с вопроса о технике безопасности, которые проводились следующим образом..." И дальше, значит: "предлагаю этот опыт перенять всем заводам, ну, и так далее, в таком духе". И действительно, некоторые заводы переняли этот опыт, но не все. Ну, вот такая вот история была. Вот... В общем, интересно.