Одна жизнь - 293

 Ну вот, работа ГИПом для меня закончилась в семьдесят четвёртом году, когда мы решили перебраться в Москву. Когда Ирочка вышла замуж и они с Юрой уже жили в Москве, Волец тоже женился и в Балаково работал, вот на этом заводе после окончания института, а мы с бабулей пока оставались в Волжском. Но папа мой умер, мама тут, в Москве оставалась одна - и мы решили попытаться найти обмен.

 Не буду останавливаться на сложностях всего этого обмена, просто противно всё это - там много было сложностей, никому не нужных. Но тем не менее всё кончилось благополучно. Ну, там, например, для того, чтобы встать в этом самом учреждении на обмен, которое занималось обменом, оформлением обмена, конечно, нужно было найти желающих обменять на Волжский, но для того, чтобы разрешили жить в Москве - Москва же была закрыта, было много ограничений: скажем, нельзя было осуществить обмен, если в Москву въезжало по обмену больше людей, чем выезжало. Значит, нас было двое, нужно было подтвердить это документами сына и дочери, что они не претендуют ни на какую площадь в Москве, без таких документов никакой обмен не осуществился бы тогда. Нужно было иметь документ от организации, которая гарантирует устройство на работу здесь, в Москве. Ну, у меня таких документов было два - от министерства и от директора проектного института, "Резинопроекта", Стыскина и подписанное заместителем министра по резинотехнике Парфёновым Михаилом Парфёновичем - ну, он меня хорошо знал, мы были в хороших отношениях. Для нас главным было все документы собрать...

 Наконец, нашли мы на обмен - слава Богу, отсюда выезжало четверо человек. Это была пьяная, пропившаяся семья с двумя детьми, которая там чуть ли не за два года была должна за квартиру, им грозила уже и тюрьма, и всё, что угодно - а тут мы подвернулись, причём это произошло очень интересно: мы дали объявление в журнал - специально по обмену выпускался журнал в Москве, и мы туда дали объявление, и я был в Москве в командировке... И вот вечером у мамы сидим, смотрим телевизор, я пришёл с работы, сидим, смотрим телевизор - и телефонный звонок. Мама берёт трубку и говорит: "Да-да-да, сейчас, минуточку", - мне передаёт трубку и говорит: "Слушай, это по обмену".

 Я слушаю - в трубке женский голос говорит, что "вот, я прочитала объявление насчёт обмена на город Волжский, хотелось бы поговорить". Я говорю: "Это я, я как раз приехал в командировку, так что Вы очень удачно позвонили".

 Мы договорились на другой день встретиться, я туда подъехал. Это была Грайвороновская улица, там двухкомнатная хорошая квартирка на девятом этаже, в двенадцатиэтажном доме, такая башня панельная... Загаженная страшно. Пока мы там сидели разговаривали - там прямо тараканы пешком ходили по столу, вообще жуть какая-то. Пустая комната - ни мебели, ничего - всё пропито...

 Ну, в общем, мы с ними договорились, потом началось: я уехал в Волжский - началось... То они передумали, то они не передумали... Наконец, я Ире оформил доверенность - а Ира жила в Москве. Я Ире оформил доверенность, она не работала, потому что Аляша была маленькая, а Юра уже работал, по-моему, или заканчивал учёбу или работал - вот... Ну, я не помню, где он тогда работал. Может быть, и *, в Академгородке, потом ему там квартиру дали, а так они снимали комнату в разных местах - снимали там в одном месте: жильцы уезжали на два года за границу - и сдавали комнату - вот они там жили...

 Значит, Ира мне звонит по телефону чуть ли не каждый день, в каком состоянии всё это дело. Значит, всё, они уже согласились, и я им пообещал, что как только всё оформится и вы получите прописку в Волжском, тысячу двести рублей я вам за это плачу. "Ну, как же, вы не обманете?" Я говорю: "Нет, не обману. Ну, не верите - дело ваше...". Ну, я понял, с какой семьёй я имею дело, я понял, что им нужно уехать отсюда как можно быстрее, а для того, чтобы показать, что такое Волжский - а это осень была, сентябрь был или конец августа, и вышла газета "Волжская правда", в которой описывались места для молодых - институт там, школа там, театр, кино вот, в общем, всему этому посвящена была газета - и я привёз эту газету и им принёс: "Вот, смотрите, вы хотите знать, что такое Волжский - вот, посмотрите, что такое Волжский. А какие там пляжи", - это я им рассказывал и прочее-прочее... Помидоры - вот я привёз помидоры - попробуйте, что за помидоры. В общем, короче говоря, там у них, значит, сын, пареньку надо в армию идти - ему семнадцать лет - и девочка лет двенадцати. Хорошие ребята... Они прямо рвались сюда, дети.

 И вот начинается: начали уже оформлять - звонок, Ира звонит: "Обменное бюро требует твой и мамин паспорт". Я говорю: "Завтра отправлю с поездом, с проводником, сразу тебе позвоню, в каком вагоне - встречай". Я беру наши паспорта, в конверт - и еду в Волгоград, подхожу к проводнице, говорю: "Вот так и так, пожалуйста, Вас завтра встретят в Москве - передайте, пожалуйста, эти паспорта, там", - говорю, - "паспорт моей жены..." Ну вот на честное слово плачу десять рублей ей, приезжаю домой, звоню Ире, говорю: "Завтра, вагон такой-то, поезд такой-то". Ира приходит, получает эти паспорта. Проходит несколько дней, Ира звонит и говорит: "Нужна справка", - какая-то ещё справка, вот сейчас не помню, какая... Значит, бегу за этой справкой куда-то там о том, что я сдал квартиру - ну, не помню - что нет задолженности у меня за квартиру там, что ли, бегу за этой справкой, отправляю таким же способом - через проводника передаю справку. И так - раза три-четыре...

 Наконец, Ира звонит и говорит: "Всё. Всё оформлено, можете приезжать". И я еду... А, был уже, значит... Всё упаковали, и в контейнеры - нам подали контейнеры, мы загрузили всё, что у нас было - ну, мы там оставили диваны, на которых мы спали, холодильники, там ещё что-то им оставили, просто так, решили не везти - здесь купим. Вот. И я, значит, приезжаю и уже купил билеты им на всю семью - купе целое купил. Значит, мы с Ирой... Я Ире звоню и говорю: "Всё, давай, лови такси и приезжай на такси... два такси, мы их проводим, а то они ещё по дороге развернутся - чёрт их знает". В общем, короче говоря, посадили мы их в поезд и отправили, и я этим же поездом ехал с ними. А там была такая вещь, что в поезде на подъезде к Волгограду можно было уже заказать такси. Заказал я два такси - а вещи они все везли с собой, все вещи их - пара чемоданов, больше ничего у них не было, нечего было везти, пустая квартира была... Ну, в общем, бабуле я сказал, что "ты давай, приготовь обед хороший", привезли их к нам на квартиру - и хороший обед, значит, и всё...

 Бабуля тут же уехала в Москву, я остался там один - ещё месяц работы, там мне нужно было нового ГИПа познакомить со своими заводами, особенно с Красноярским, нужно было ещё съездить в Красноярск с новым ГИПом вместо меня. Вот, я им, значит, объяснил, что "вот, три комнаты, вот эти две комнаты - ваши, а вот эта третья, маленькая - я здесь несколько дней поживу, после того, как вы пропишетесь, я вам в руки отдаю тысячу двести рублей - и мы распрощаемся". Ну, я с ними пошёл, мне нужно было главное - скорее их прописать, тогда уже все пути были бы отрезаны. Значит, пошли мы, быстро их прописали, пришли домой, распрощались, я говорю: "Ну, желаю вам счастливо..." А ребята, сын и дочь, уже сходили на Ахтубу, искупались, пришли очень довольные, помидоров накупили - в общем, на тысячу двести рублей там, которые я им отдал, уже сбегали... Нет, я правда, ещё пару раз заходил, а потом - в гостиницу... Анна Алексеевна - это мать Люды, Вовкиной первой жены, она работала в гостинице этой самой... как это называется? Ну, в общем, на этаже, она командовала этажом в гостинице там, в Волжском. И я там взял одноместный номер, маленький такой номер одноместный, и там жил, пока, наверное, пару дней; потом мы поехали в Красноярск, я там передал завод, вернулись обратно - я ещё несколько дней там пожил, пока все документы не передал - и приехал в Москву. За это время мама... бабуля успела в квартире сделать очень хороший ремонт. Ну, во-первых, мы оттуда привезли с собой тиурам, засыпали всё, что можно было, тиурамом, тараканы все ушли; сделали хороший ремонт - там всё было сделано - и вот мы зажили, я буквально на следующий день или через пару дней вышел на работу в "Резинопроект", а бабуля там тоже через пару дней вышла на работу в главк, и её взял Павлов в главк, она там, значит, работала главным специалистом, по-моему, по резинотехнике для автомобилей там, тракторов там и так далее.

 Вот мы там на новой квартире на Грайвороновской и зажили. И там мы прожили до марта семьдесят пятого года. Это был сентябрь-октябрь семьдесят четвертого года - до марта семьдесят пятого года, когда решили съехаться с мамой, потому что маме уже тяжело было одной, конечно, и вот после долгих поисков обмена мы нашли вот эту квартиру, где сейчас и живём... И вот в марте семьдесят пятого года с помощью Юры мы перевезли сюда наше барахло, которое у нас было - ну, у нас в основном были книги, вот этот гарнитур мебельный...

 Вот так мы оказались в Москве; значит, это было... я в октябре или в конце сентября... или в первых числах октября семьдесят четвёртого года... Нет... Ну да, в сентябре семьдесят четвёртого, уже 1 октября я вышел на работу - 3 октября мы там отметили день рождения - пятьдесят лет мне исполнилось. А бабуля уже работала в главке...

 Ну, вот так, значит, я свой рассказ довёл до Москвы. Ну, на сегодня хватит, я запомню, тут выключу, если ещё вспомню - то буду рассказывать, конечно, естественно.