Одна жизнь - 110

 Ну, это было, наверное, всё-таки ещё детство, конец детства - так бы я сказал. Вот шестой класс, лето после шестого класса - это ещё было не юношество, нет, детство всё-таки. А начиная с седьмого класса, это уже было юношество, уже голова по-другому работала, но уже в восьмом - в девятом классе вот в этой, в первой школе, куда я перешёл в восьмой класс - это я уже вообще совсем другое, я стал совершенно другим человеком - другие интересы, другие друзья, совершенно новые друзья, с которыми я дружил и до сих пор, но, правда, из всех осталась одна Валя Новикова, которая живёт в Тобольске. Мы с ней перезваниваемся, ну, вы её, по-моему, знаете. Она была здесь, у нас в Москве, вот, на моём шестидесятилетии она была, в восемьдесят четвёртом году. А, вас ещё на свете не было, да? Не все были на свете, да, вот... Больше никого нет из ребят, последним умер в прошлом году Геннаха Кориков. То есть вот так вот проходили лета, а зимой, кроме учёбы и уроков - это, ну не говоря о хозяйстве, потому что летом нужно было принести, а зимой - привезти на санках в бочке воду, наколоть дрова, принести дрова, там много чего было такого, хозяйственного - мама-то работала - там в магазин надо было сходить, на рынок. Ну, и потом лыжи, на лыжах. На лыжах мы ходили на Панин бугор туда, на гору, катались там с гор. А были среди нас, например Вовка Ледик - он был, можно сказать, профессиональным лыжником, он в соревнованиях там разных участвовал, побеждал он. Можно было его встретить поздно вечером на улице - он голый, то есть в брюках, а грудь и спина - голые, без рубашки - бегает на лыжах. Тридцать градусов мороз, а он бегает на лыжах, он был, так сказать, помешан на лыжах. Я знаю, что он ушёл на войну, а вернулся он? По-моему, он вернулся с войны - не знаю, я его больше не видел. В нашей компании он был младше нас на год, поэтому он как-то в нашей компании не всегда был... А вот его сестра старшая Ира Ледик - она была в нашей компании, она на год старше меня. Ну, я уже рассказывал, что я был в смешанной компании, в которой было несколько человек из десятого класса и несколько человек из девятого класса. Причём из девятого класса, кроме меня, Генки Смирнова, Лёвки Касперовича, были вот Борька Панюшкин, Борька Кулик, Юрка Ануфриев - это были всё второгодники, которые оказались со мной вместе потому, что они когда-то в каком-то классе остались на второй год. Тогда второгодничество было не в диковинку, тогда экзамены сдавали каждый год, в каждом классе, и не сдал экзамены - переэкзаменовка на осень, не сдал - значит, остаёшься на второй год. Вот, они были все второгодники... Севка Робертов... В общем, почти все они погибли на войне, кроме Борьки Панюшкина, Борьки Кулика... Борька Кулик был на войне врачом, он окончил Военную медицинскую Ленинградскую академию и воевал врачом. А Борьку Панюшкина, как я уже говорил, не взяли в армию - у него врождённая хромота была.

  Вот это я вот вспомнил о Тобольске и вот решил рассказать, поэтому о госпитале начну, может, завтра, может послезавтра, в общем - не сегодня. А на сегодня пока вот всё, пойду послушаю "Эхо Москвы"...