Раиса Немчинская - 41

Разнарядки были одна лучше другой — Ленинград, Киев, потом и Москва. В ней остались и на лето. Снова, как и в прошлом году, из зимнего цирка переехали в новое, с удивительным деревянным куполом здание на ВСХВ. Аппарат «Летающих людей» был готов полностью. Делали его в Киеве, Жорж ездил туда на выходные, вернулся, рассказывал чудеса. Задержка была только за документацией, но и ее обещали закончить к июню-июлю. «Луну» всюду хвалили. Писали о ней восторженные статьи даже в иностранных газетах. Жоржа назначили членом художественного совета при начальнике Главного управления цирками. Мало того, Главк поручил ему написать раздел «Воздушная гимнастика в цирке» для сборника «Искусство цирка», даже договор заключили. Все номера циркового конвейера Комитет постановил разбить на коллективы, и один из них предложили возглавить Жоржу. Впрочем, с этим на семейном совете решили потянуть до выпуска «Летающих людей».

Цирк стоял на территории Выставки, но у Жоржа постоянно были дела в главке. Вот вернулся он однажды в Останкино «из города», как тогда говорили, распираемый новостями. Пришел вызов с завода, документация по «Летающим людям» готова. Завтра, в воскресенье, после дневного представления он едет в Киев, за аппаратом. У него уже и билет в кармане. Рикки обрадовалась еще больше, чем Жорж, за ужином они даже распили по этому случаю бутылку вина.

На следующее утро их разбудил администратор цирка. «Немчинские, — постучал он в окно, — идите в цирк, война.» Было страшно и неожиданно. Началась всеобщая мобилизация. Страна перестраивала свою деятельность. Но зрелищным предприятиям дано было указание продолжать работу, не нарушать установленный ритм жизни. И действительно, зритель по инерции шел в цирк. Празднично звучала музыка. Клоуны не скупились на остроты. Но уже на четвертый-пятый день на представлении сидело человек десять-двенадцать, не больше.

Цирк на выставке перестал работать. В парке имени М. Горького и в Измайлово — тоже. Некоторых артистов быстро отправили по разнарядке в другие города. Оставшиеся (большинство цирковых артистов не имели тогда ни постоянной прописки, ни квартир) переехали в цирк на Цветном. Рикки с мужем, сыном и няней поселились в большом, но темном, без окна, помещении артистической вешалки.

Все мужчины, работавшие в цирке, пошли в военкомат. Многие, имеющие бронь, решили записаться в московское ополчение. А Рикки в тот же день стала собирать мужа на фронт, знала — он не передумает. Все ее детство совпало с первой мировой, гражданской, интервенцией, борьбой с бандитами… Враги были разные, но отца вечно не было возле семьи, мать одна мучилась с детьми. А вот теперь предстояла разлука с мужем и ей.

Все четыре брата Немчинские собрались вместе и решили, несмотря на льготы и броню, записаться добровольцами. Правда, младшего Александра, студента инженерно-строительного института, записать отказались, он перевелся в военную академию. Георгий и Наум ушли в ополчение. Жоржа, как старого чоновца, направили в истребительный батальон. Об аппарате «Летающих людей» нечего было и думать. «Луну», уложенную в ящики, приняли на склад Московского цирка. Начальник главка Н. А. Стрельцов издал специальный приказ о том, что «Луна» должна находиться там до возвращения Немчинского.