В начале ноября 1941 г. я был вызван в Наркомат обороны для уточнения схемы новых рубежей. Полет в Москву был очень трудным. Всю дорогу пришлось сидеть согнувшись в переднем холодном отсеке бомбардировщика. Настроение было тревожным. Ведь фашистские полчища были уже на ближних подступах к столице! Как она выглядит, Москва, объявленная на осадном положении?
Что и говорить, трудные дни переживали в то время москвичи. Форсировалась эвакуация важнейших учреждений и предприятий, вывозились женщины и дети. Город был суров и подтянут по-фронтовому. Идущие на передовую колонны войск и добровольческих батальонов, противотанковые заграждения на перекрестках и огневые точки, зенитные установки на крышах, аэростаты в ночном небе Москвы — во всем чувствовалась сжатая в кулак воля сотен тысяч людей, готовых дать сокрушительный отпор жестокому и наглому врагу. Эти два дня в столице, предельно загруженные делами, запечатлелись в памяти навсегда. Они словно дали дополнительный заряд бодрости и энергии.
До Сталинграда, куда в это время подходили первые эшелоны наших строительных подразделений, я добрался на попутном самолете. Схема рубежей была отработана, и началось их строительство.
Областной комитет партии и его первый секретарь А. С. Чуянов, который являлся и председателем городского комитета обороны, оказывали постоянное содействие всем нашим мероприятиям.
Мы разделили все рубежи на военно-полевые строительства и начали «грызть» давно замерзшую землю. В послевоенные годы мне приходилось бывать на стройках Сибири при морозах до минус 50°. Но они переносились легче, чем те тридцатиградусные морозы в сталинградских степях с сильнейшими ветрами и метелями. Борьба с обмораживанием людей, работающих на рубежах, стала первостепенной задачей. Для этой цели получали на заводах технический вазелин. Необычно трудной была доставка по заметенным пургой степным дорогам продовольствия и всего необходимого для жизни и работы.
Ведущей фигурой на строительстве стали саперы-подрывники. Никакой инструмент не брал твердую как гранит землю. Только взрывчатка. 23 ноября 1941 г. появился специальный приказ № 028 по 5-й саперной армии о проведении земляных работ в зимнее время. Приказывалось в каждой саперной бригаде организовать бригады подрывников из расчета по 5 человек на батальон, а командиру 14-й бригады, кроме того, предлагалось подготовить еще 60 подрывников для полевых строительных управлений.
В подрывники отбирались наиболее развитые и смелые красноармейцы, которые проходили обучение в течение пяти — семи дней. В каждой саперной бригаде назначался ответственный руководитель подрывных работ из числа командного состава.
Приказ этот выполнялся под строгим контролем и был полностью реализован.
Правильная рекогносцировка и строительство оборонительных рубежей в зимнее время в значительной мере определились «Указаниями по строительству батрайонов в зимних условиях на полевых укрепленных оборонительных рубежах». Эти указания были утверждены 16.12.41 г. начальником Генерального штаба Красной Армии Маршалом Советского Союза Б. М. Шапошниковым и военным комиссаром Генштаба дивизионным комиссаром Ф. Е. Боковым.
Свободное копирование
