С детства 1888 г. до 1914 г. - 45

 Из сверстников я встретил в Вильне Костю Абрамовича, незаконного сына какого-то инженера. Он жил у отца, но не совсем равноправным членом семьи. Мы с ним несколько раз сидели в ихнем садике. Он воровал яблоки для меня. Встретил раз и маленького кудрявого, похожего на негритенка Капильмана. Он поступил в коммерческое училище. Держался независимо, как будто всегда жил в Вильне. Мы с ним поспорили, кто победит в войне с японцами. Я был уверен, что мы еще покажем "макакам", а он говорил, что после Цусимы, боев под Ляояном и Харбином, мы уже проиграли войну. Во всяком случае с ним было приятнее и интереснее, чем с Костей. Познакомился с сослуживцами Никанора. Окулич жил с сестрой в запущенных маленьких комнатах. Мебель состояла из стола и нескольких стульев. Хозяин поиграл нам на гитаре. Было все очень убого, гораздо беднее, чем у наших Соболевских соседей. Столоначальник Плавинский получал 60 р. в месяц. Квартира у него состояла из 2 комнат с кухней. В одной из комнат стояло пианино. Дочь училась в гимназии и сын тоже. Но сын собирался поступать в юнкерское училище, потому что у отца не хватало средств для того, чтобы учить и одевать его и дочь.

 Никанору очень хотелось показать мне театр. Билеты на галерею стоили что-то по 20 или по 25 копеек. Ставили "Крутуй та не перекручуй". Как только на сцене появлялся комик Манько, публика начинала хохотать, а он еще ни одного слова не сказал. Как во всех украинских постановках танцевали гопака, пели песни. Мне все это очень понравилось.

 Были и в кинематографе. В небольшой комнате сидело человек 50. На экране кто-то собирался купаться, но ему никак не удавалось раздеться; под рубахой оказывалась другая, затем третья и т. д. Показывали феерию - гирлянду женщин, цветов. Все это дробилось, разворачивалось, как в калейдоскопе, Сеанс длился минут 30.