А в нашем обществе "развитого социализма" была принята аксиома, не подлежащая обсуждению: любая творческая, интеллектуальная деятельность должна быть подчинена той или иной политической программе, на формирование которой, эта самая творческая деятельность не могла оказать какого-либо влияния. Вопрос о том, насколько та или иная творческая активность соответствует политической программе, решался функционерами, то есть людьми, непосредственно никакой творческой деятельностью не занимавшимся.
Вначале это утверждение принципа "монокультуры" и фокусировки творческого потенциала происходило в "лайковых перчатках", если так можно называть изгнание из страны или превентивные аресты ее творческой элиты, людей не способных мыслить в рамках заданных трафаретов. Ну а затем... затем лайковые перчатки были сняты и началось "выкашивание".
Утверждение монокультуры с помощью "выкашивания" придумали английские садоводы уже более 300 лет тому назад: на своих газонах они систематически выкашивали все то, что растет хотя бы немного не так, как это задумал хозяин газона. В результате возникал газон, который можно было сколь угодно топтать, не боясь его испортить.
Хотя стоит ли здесь обо всем этом подробно писать - на эту тему наговорено уже столько, что я вряд ли скажу что-либо новое! Важно то, что традиции свободной мысли - мысли свободной в самой себе, - как любил говорить Вернадский, постепенно все более заменялось суждениями, осуществлявшимся по определенным правилам и системам табу. И такое происходило не только в сфере гуманитарной мысли и искусства. Впрочем, творчество в любой сфере деятельности остается творчеством и не может быть совместимым с системой жестких директив. Так же, впрочем, как и с монополией на знание единственного пути - единственного "правильного" пути развития общества.
Подобный примитивный прагматический взгляд на значение и место культуры и науки в новом обществе естественным образом принижал и роль интеллигенции в этом процессе. Состав интеллигенции беднел и ее роль катастрофически уменьшалась, а возобновление этого слоя шло чрезвычайно медленно.
Подготовить кадры высококвалифицированных техников и инженеров, как выяснилось, не так уж и трудно. И здесь мы достаточно преуспели. Это показала и Великая Отечественная война, и послевоенный период восстановления и история создания ракетно-ядерного потенциала. Формирование же мыслителей, философов, как их называли французы в XYIII веке, то есть интеллигенции требует поколений. И она возникает не по решению партии и правительства, а представляет собой естественный процесс саморазвития общества. И, как показал себя постперестроечный период, когда к власти пришли люди, претендующие на то, чтобы считаться интеллигентными, как раз интеллигентов среди них и не оказалось!
Таким образом, интеллигенция выступает одной из важнейших гарантий жизнеспособности общества. Благодаря ей оно способно встречать новое и неизведанное, что приходит в нашу жизнь, приспосабливать к новым условиям не только материальную основу, но и образ мышления и нравственность. И нарастание нашего технического отставания на пороге стремительного изменения технологического основания общественного развития, трудности, которые мы встречаем в перестройке мышления, понимания экологического императива и необходимости новой нравственности, во многом являются следствием снижения "потенциала интеллигентности". Одним из его индикаторов является пресса. Хотя и говорят о том, что перестройка, новое мышление - это прежде всего продукт исканий интеллигенции, и ссылаются при этом на нашу публицистику, на самом деле, многое обстоит иначе: интеллигенция еще по-настоящему не вышла на страницы широкой прессы. Отдельные ласточки еще не делают весны.
Кроме того, поток статей, смакующий наши беды, просчеты и невзгоды, еще очень немного говорит об интеллигентности их авторов. Пока это только производная от политической борьбы. А может быть, у многих авторов и в самом деле уже нет этого потенциала?
И все же думаю, что это не совсем так! Вот почему это эссе я хочу закончить на оптимистической ноте. Как бы ни тяжела была наша история, какие бы потери нам ни пришлось вынести, связь времен не прервалась. "Табула раза" все-таки не состоялась. Мы так и не стали безродными иванами, родства не помнящими, а сохранили себя в качестве наследников великой культуры. И память народа, память интеллигенции не оборвалась. Она сохранилась благодаря таким титанам, как Вернадский или Тимофеев-Ресовский, благодаря таким подвижникам как Сахаров, Лосев, и многим другим, сохранившим "заезженные светы", как писал Брюсов и сумевшим передать эстафету. Теперь надо только создать атмосферу, чтобы этот тлеющий огонек снова вспыхнул бы костром из сухих еловых веток, как это уже однажды случилось в начале века. И за это ответственна интеллигенция, которая, хочется надеется, однажды вместо борьбы за кресла, где она все равно все проиграет, займется настоящим ей свойственным делом!
Сейчас самое главное не загасить уже тлеющий огонек. А сделать это совсем не сложно: один шаг назад - и снова на многие десятилетия мы окажемся отодвинутыми от столбовой дороги.
Свободное копирование
