Но я смогла набраться храбрости только на следующий день. Пока мы с Хальву спускались в холл к телефону-автомату, сердце у меня гулко стучало. Хальву бросила в прорезь монетку, та глухо звякнула. Держа в одной руке карточку и с трудом разбирая цифры в полутьме холла, другой рукой она набрала номер.
— Алло, могу я поговорить с Малькольмом Фейрчайлдом?
Последовал обмен обычными вступительными репликами, а потом Хальву сразу взяла быка за рога.
— Вы не извращенец какой-нибудь, правда ведь? Вы не станете убивать мою подругу? Ну да, но поймите: мы же вас совсем не знаем. Даже где вы живете… Ну ничего не знаем… Угу, угу, ну да.
Хальву стала царапать что-то на клочке бумаги, а я старалась заглянуть через ее плечо.
— Что он говорит? — прошептала я чуть слышно.
Она только отмахнулась.
— Тогда ладно. Это по-честному. Мы так и сделаем.
Хальву повесила трубку и вздохнула с облегчением.
— В общем, он сказал так: «Раз вы мне не доверяете, приходите в студию, посмотрите сами, где я работаю. Не понравится — ваше дело, я спорить не стану».
Я прижала обе руки ко рту.
— Так. И что же? Мы туда пойдем?
— Конечно, черт тебя побери! Что мы теряем? Узнаем, что это за тип, который столько времени тебя преследовал.
Свободное копирование
