Дневник Ирины Семевской - 390

16 мая 1940 года

Поехали на кладбище: мама, Ирина, Федя, а потом туда приехал и папа. Выпололи дорожки, полили газон. Оставаться дольше там не захотелось, потому что было много народу и было шумно и беспокойно. Когда пошли домой, Федюшка вдруг решительно повернул обратно и один вернулся на могилу. Довольно долго не возвращался, потом догнал, сунул маме руку и молча пошел рядом. Немного погодя, тихо спросил: "Ты, мама, не беспокоилась?" "Нет, сынок". "Ты знаешь, мне как-то грустно стало уходить от дедушки. Захотелось одному с ним проститься".

Решили поехать на пароходе, маму смущала только холодная погода, но ребята были довольно тепло одеты. Папа зашел в магазин, купил хлеба, сыра и колбасы. На катере, конечно, почти никого не было. Спустились вниз, сели у открытого окна. Ели разложенную кусками колбасу, а кожуру бросали чайкам, которые летали низко над водой. Доехали до Воробьевых гор. Солнце, но очень холодный ветер. Пошли по обрывистому берегу Москвы-реки, приятно, что ни одной человеческой души нет. Прошли довольно далеко, пролезали через какие-то щели и дыры, причём Ирина была очень обеспокоена, ей всё казалось, что кто-то придёт и потащит всех в милицию или потребует штраф. Фёдор же наоборот был в восторге от всего этого, хотя тоже умышленно преувеличивал незаконность своих действий. Играя в прятки, Федя умудрился провалиться в болото, одну ногу промочил совсем, чуть не по колено. Решили добраться до Парка культуры и отдыха, но оказалось это слишком далеко, пришлось опять садиться на катер. Наконец добрались, - все с красными носами, замёрзшие и уставшие. Фёдор, кроме всего прочего, захромал (наверное? мокрые сапоги натёрли ему ноги). Еле-еле плетётся по аллеям парка. Немного оживился при виде карусели или, как она там называется, вертящаяся штука с кабинами. Обязательно пожелал прокатиться. Ирина сначала трусила: прятала голову, завертывалась в плащ, чтобы ничего не видеть. Федор восседал спокойно и гордо. Кажется, был больше занят своим доблестным видом, чем открывшейся с высоты картиной, хотя действительно интересно было увидеть сверху весь парк и Москву-реку. Как только верчение кончилось, опять приуныли, и Фёдор захромал ещё больше. Пришлось зайти в "комнату смеха", чтобы поднять немножечко настроение, тут они действительно совсем забыли свою усталость и свои больные ноги. Восторг был полный! Федор прямо захлебывался от смеха, особенно перед зеркалом, где все казались маленькими, кругленькими и пузатенькими. Так как мама боялась, что Федя простудится, решили зайти в ресторан съесть и выпить чего-нибудь горячего. При виде столиков, народа и подавальщиц Фёдор сейчас же вспомнил Теберду и Новый Афон. Правда, обед был такой отвратительный, что пришлось удовольствоваться маме с папой пивом, а ребятам - ситро, кроме того, в лечебных целях пришлось взять наливки, тоже препротивной. Федя после наливки сразу согрелся и повеселел, обратная дорога домой перестала наводить на него ужас. Приехали домой усталые, но довольные и полные всяких впечатлений для тёти Ани и бабы.