Враги народа - 3

Но жизнь продолжалась. Камилла работала в двух местах, каким-то чудом ей удалось снять комнату в коммунальной квартире, и Янек, хоть и остался в общежитии, обрел наконец подобие дома. Летом 1937 года мать проводила отпуск под Москвой, он поехал на море, в Крым. В последний день перед отъездом домой купил ей в подарок ящик превосходного винограда. В кармане оставалось два рубля. На пригородный поезд и буханку хлеба. Ехать двое суток. Питался хлебом, виноградом и водой, но по дороге начались жуткие боли. Он еще успел дотащить до квартиры Камиллы ягоды. Оставил ей записку, что вернулся и едет к себе в общежитие, там тотчас же обратился к врачу — та велела немедленно лечь в постель. Не отдавая отчета в том, как мать истолкует его слова, дал телеграмму: «Я заболел. Приезжай есть виноград». В атмосфере царящего повсеместно кошмара она прочитала в телеграмме шифрованное сообщение о катастрофе. Из Дома отдыха немедленно отправилась в Москву. Сначала к себе, где ее действительно ожидал виноград и записка, а успокоившись, — в общежитие, убедиться, что с сыном все в порядке. Поговорили немного друг с другом.

Снова встретились через восемь лет.

Ее арестовали 10 августа 1937 года. Когда она вернулась домой, ее уже ждали сотрудники НКВД. Оказывается, приходили два дня назад, но не застали. Велели соседям дать знать, как только появится. И соседи донесли. Не по злому умыслу. Из страха. Побоялись: не донесут они, донесут за это на них. Лежавшего в студенческом лазарете Янека никто не предупредил, что мать забрали. Он выздоровел и удивленный, что мать ни разу его не навестила, поехал к ней сам, но на дверях была пломба. Он сходил в милицию и попросил разрешения забрать из комнаты свои вещи. Его впустили, но вместе с милиционером. Конечно, он надеялся найти там хоть записку или любой знак. Не нашел. Винограда, впрочем, тоже не было. Ему отдали его книги — две тысячи штук Личные вещи. Все это он отвез на склад общежития и стал думать: что теперь делать?

Вокруг родственников арестованных образовалась пустота. Люди боялись с ними общаться, это грозило неприятностями. Не было ни специальных институтов, ни конкретных лиц, которые могли бы помочь в таких делах, такого вообще не существовало. Не получить самую элементарную информацию. Наконец Янек сумел выяснить, в какой тюрьме Камилла ожидает процесса. И хотя свидания и переписка были запрещены, он имел право передавать ей ежемесячно пятьдесят рублей. Других денег не принимали. Это могло означать самое ужасное, но довольно быстро от нее пришло известие. С окраин Красноярска.

10 сентября 1937 года ее приговорили к десяти годам «исправительно-трудовых лагерей». Главным из предъявленных ей обвинений значилось личное знакомство с Пилсудским. Заключение приговора звучало так «Вела борьбу против линии партии и Коминтерна». Смерти избежала, видимо, только потому, что в СССР активно политикой не занималась.