Вторая лагерная смена у меня вышла не хуже первой. Мы с Мишей прекрасно её провели и ещё раз выступили на концерте родительского дня. Правда, повторить успех предыдущего выступления нам уже не удалось — мы или плохо подготовили наш номер, или он был не так оригинален, как прежний.
Мама, приехав в лагерь, чтобы навестить меня, привезла огорчительное известие, сообщив:
— На третью смену ты отправишься в другой лагерь — сюда путёвку мне не дали.
Я расстроился, но делать было нечего, и пришлось смириться с такой новостью. Июль свернул свои деньки, и Лихачёвский лагерь снова закрылся на пересмену. Я и все ребята, кто отдыхал тут, вернулись в Москву.
Наш пятый отряд, сильно сдружившись за два месяца, при расставании решил устроить дружественную встречу в конце лета, в последнее августовское воскресенье. Я с грустью распрощался и со своим хорошим отрядом, и с верным другом Мишей, и через два дня отправился в другой лагерь.
Этот лагерь удовольствия мне не доставил, и я еле дождался, когда смог убраться из него. Август закруглился, и подошло его завершающее воскресенье. Я четыре недели ждал этого дня, и, как было оговорено, отправился на дружественную встречу. Приехал в назначенное место в нужный час и стал ждать ребят. Прождал полчаса, но никто из пятого отряда на наш сбор не явился. Постояв ещё немного в непонимании, почему так произошло, я уехал восвояси.
Свободное копирование
