Годы заграничного ученичества и странствий - 3

Мои старочешские знакомые несколько чуждались шедшей в это время быстро в гору младочешской партии[1]. Ей ставили в вину ее польские симпатии и ее демократизм. Мне удалось, тем не менее, познакомиться с одним из выдающихся лидеров — младочехом. Его звали Наперстек[2]. Он долгое время прожил в Америке, составил себе там некоторое состояние, проникся, как говорил мне Патера с некоторым осуждением, американским демократизмом и не прочь был заразить им и чешскую среду. "Народные листы" — орган младочешской партии, руководимый в то время Сладковским[3], имел уже большой тираж.

Гогенварт, стоявший в более близком отношении к старо-, чем к младочехам, задумал покончить с их оппозицией отказом от всякого участия в рейхстаге путем прямого соглашения с главами старочехов и, в частности, с чешской землевладельческой аристократией. Доктор Шефле {Так в тексте. Следует: Шеффле.}[4] — известный немецкий экономист и социолог, исполнявший некоторое время обязанности профессора политической экономии в Венском университете наряду с знаменитым Лоренсом Штейном[5], был уполномочен в качестве одного из членов Цислейтанского кабинета, войти в Праге в сношение с Клам-Мартинецом, Шварценбергом, Лео Туном и другими чешскими аристократами, действовавшими в данном случае заодно с Ригером. Он выработал с ними основы того соглашения (Ausgleich), при котором чехи готовы были принять участие одинаково в местном сейме и в Цислейтанском парламенте.