-356-

Александр
 

3 сентября 1895, Петербург

До некоторой степени братец.

В "Кубанских областных ведомостях" пишут о Вас:

"Весь эффект прекрасного водевиля А.Чехова "Предложение" пропадал благодаря удивительному незнанию своих ролей г-жею Невериной и г.Дорошенко; только г.Касиненко и заслуживает внимания. К."

И в том же номере анонсируют:

"Сегодня, в воскресенье, пойдет малорусская драма в 5 действ.-- "Ой, не ходы, Грыцю, та на вечерници", соч. М.П.Старицкого и водевиль "Медведь", соч. А.Чехова".

Значит, снова провалят; с чем я Вас, братец, и поздравляю и того же желаю Вам и впредь. Как достойную дань Вашему таланту.

Пишу я это письмо не потому, что чувствую потребность, и не потому, чтобы было какое-либо дело, а потому, что Андрей подал мне в редакции телеграмму на твое имя. Я ее запечатал в конверт и послал к тебе на Лопасню письмом. Теперь же уведомляю тебя на всякий случай о сем событии. Это и есть единственная и главная цель сих строк.

Не найдешь ли удобным сообщить мне, когда будешь писать о судьбе моего рассказа в "Русских ведомостях"? Если его там не берут, то я постарался бы пристроить его куда-нибудь в Питере. Так как меня в этом случае интересует не авторская слава, а презренный металл, на который можно купить штаны и сапоги, то ты не согрешись перед Богом, если не особенно будешь медлить ответом. Но нарочито не хлопочи. Особенной надобности ни в славе, ни в деньгах нет.

Из Твери ответ по поводу толстовского слепца все еще ожидается. Его все еще сочиняют.

Работаю много и старательно, хотя и не столь талантливо, как ты, получаю построчные пятаки и зело устаю. Время так паршиво распределено (не мною, а профессией), что спать приходится только 5 1/2--6 часов.

Не желая далее утруждать тебя чтением и отнимать твое драгоценное время, спешу сообщить, что мы все, кроме кашляющего Николая, здоровы и тебя нисколько не уважаем, а равно и родителей твоих не почитаем.

Твой Гусев.