-338-

Александр
 

23 сентября 1894, Петербург

[Оторвано] Антоша!

Папаша во времена оны не верил, что я кончил курс в университете, потому что не видел моего диплома. Так и я сомневаюсь в том, что ты в Вене[1]. Не может быть, чтобы в Вене не было венских стульев. Ты, вероятно, недостаточно внимательно осматриваешь достопримечательности и только даром тратишь деньги на поездку. По моему мнению, ты обязательно должен осмотреть все и даже выпить в Вене венского горького питья, а в Аббации должен подходить под благословение всех аббатов и спрашивать у них, как поживает папа в Риме и почем там римские свечи для фейерверков. Бери пример с иностранцев. Дюма, бывши в Петербурге, перевел надпись на Исаакиевском соборе "Господи, силою твоею возвеселится царь" {Строка из Псалтыри (Псалом 20).} так: "Le roi s'amuse" {"Король забавляется" (фр.) -- пьеса В.Гюго (1832).}. Переведи и ты что-нибудь иностранное так же.

Семейство мое кланяется тебе и благодарит за память. Дети обучаются в школе, причем Николай оказывается телячьей добротой и гениальнейшей бездарностью, а Антон преуспевает в науках, но лентяй. Мишка выравнивается и, по мнению мамаши, представляет собою нечто выдающееся. Наташа жива и здорова, хотя и разрешается почти ежедневно целыми лентами какой-то ленточной глисты. На старости лет зачервивела, хотя и утверждает, что ей только 35 лет [оторвано] смерти будет 35. В домашнем обиходе все по-старому: скрипим помаленьку с нашими старческими недугами. Работаем, даже роман в "Сын отчества" по 45 руб. за лист пошел[2]. Небо у нас хмурится и располагает к угрюмой мечтательности о сладостях самоубийства. Градоночальник печатает в особых прибавлениях к "Ведомостям" списки подобранных на улицах пьяниц. Много там встречается знакомых однофамильцев: есть Суворин, Буренин, Федоров, Иванов и прочие члены редакции. К удивлению, нет только Гея и меня.

Через тебя я потерпел убыток: отказался давать что-либо в "Север". Пристала ко мне г-жа Ремезова с выговором за то, что ты не пишешь ничего в ее журнал. Я вспылил и послал ее к е.м. Дружба пошла врозь. Но ты не унывай. Для тебя я даже и поколотить ее могу. Прикажите только, ваше заграничное благородие... Сообщи, сколько стоит проехать из Вены в Аббацию: я хочу знать, не переплатил ли ты за проезд.

Теперь, когда я тебе пишу, визави баба моет окошко для вставки зимних рам. Ветер раздувает ее юбку и -- видны внутренности. Видел на днях хорошенькую продавщицу в щиколатном магазине. За это от жены мне влетело. Получил недавно письмо от Ивана. Чижики мои поють и серуть. Веселые птички.

Желаю тебе иметь за границей побольше патриотизма: не забывай, что ты -- верноподданный. Живи повеселей.

Будь здоров. Хотелось бы и больше написать, но так разболелся левый бок в области сердца, что надо поневоле бросить перо и заняться живописью иодом.

Блаженствуй!

Твой Гусев.

Кланяйся доброму господину Суворину и его благочестивому и добродетельному семейству.

Наталья тебе, разумеется, кланяется и живописует еще:

Спасибо, Антон Павлович, за память в ваших письмах, вы не забываете обо мне, что для меня очень дорого. Давненько вы не были у нас, не заедете ли.

Искренно преданная вам Наталья.

P.S. На каком языке ты объясняешься за границей? Правда ли, что в Германии даже маленькие дети говорят по-немецки?