-249-

Александр
 

1 июня 1890, Петербург

Алтон Палч.

Если ты не застрял в хладных тундрах, не утонул, не растрясся на перекладных, не отравился от прелести путешествия и не арестован по подозрению, что ты публицист, то можешь прочесть нижеследующее. Западная Россия на том же месте, где была и при твоем отъезде; и география, и народонаселение, и расположение душ к тебе то же. Суворин находит, что ты, доехав до Томска, совершил подвиг. Pater noster {Наш отец (лат.).} в день сошествия Святаго Духа прислал мне письмо, в котором, придираясь к случаю, написал от А до Z "Царю Небесный", требуя, чтобы мои ребята неустанно повторяли эту молитву для собственной пользы. По последним известиям от отца -- Михайло в Таганроге, сестра с Н. Линтваревой в Крыму, мать на Луке, Иван в Москве. Более я о семье ничего не знаю. Моя собственная семья живет на даче в 60 верстах от СПб по Никол, ж.д. Вся, все и всё здоровы. О тетке Федосье Яковлевне и ее чаде не имею никаких понятий.

Из редакционного мира сведения кратки: Буренин вчера приехал из Флоренции, Маслов -- прежний, Петерсен кипятится, Федоров уезжает на Волгу, Житель -- тот же Житель, как Иван -- настоящий Иван. Сочинения твои, в том числе и "Хмурые люди", разошлись без остатка, и старичина велел печатать их новыми изданиями, а мне поручил во время его пребывания в Крыму следить за продажей новых изданий и, в случае хорошей продажи, рукоположил меня издавать опять, впредь до n + 1-го издания. Других новостей нет. Есть, но только мелкие и частные и такие, которые побледнеют перед массой того, что ты видел и испытал. Дальше домашнего очага они не идут, а потому я и умалчиваю о них. В то время, когда я строчу тебе это письмо, меня преследуют две мысли: одна -- что ты этого письма не получишь, а другая -- что по заказу нельзя настолько собраться с мозгами, чтобы написать тебе именно то, что тебе хотелось бы знать и чего ты ждешь от письма. Эта музыка ставит меня в положение бабушки, которая не вяжет внучку чулочки потому, что не знает, какие ему лучше связать -- красненькие или синенькие? Посему прости и не гневайся. Поедешь через Красное море,-- не забудь проверить географически то место, где погибло "фараонитское все воинство", но не околей в этом котле от удушья. Чтобы усладить твою путешествующую душу городской западно-российской грязью, могу сообщить, что моя жена купила себе новую шляпу, а у детей на рыльцах следы укушений комарами. Отец собирается побывать у меня на даче и в Питере, но пишет, что это будет зависеть от "распорядительности" Иванэгорча.

Будь здоров. Шествуй счастливо посуху, благополучно по морю, а в бурю не унывай и только рви, памятуя, что "Иордан виде и побеже, море возвратися вспять". От души расцеловал бы тебя, но губы коротки. Поцелуй себя в зеркало.

Не верю я, чтобы это письмо дошло до тебя вовремя.

Tuus А.Чехов.

Спик, Грант и Стенли хотели тебе поклониться как путешественнику, но решили лучше послать тебе телеграмму на Сахалин, когда ты оттуда уже уедешь. Боятся, чтобы им стыдно не было.